— Именно. Поэтому нам пришлось пойти на крайние меры и задействовать имеющиеся ресурсы на устранение возникшей угрозы. Подъем в воздух трех бомбардировщиков стоил жизни многих хороших парней. Угроза устранена. Теперь можно вернуться к решению основной проблемы. Уничтожение Программы Уничтожения. — Илья Алексеевич сделал рукой жест, который мне остался непонятен.
— Вам все известно касательно меча, моих мутаций, Алексея Смирнова, Таро Судзуки и добытых знаний? — поинтересовался я.
— Ты забыл упомянуть свою девушку Наталью. Нам известно, что она обладает феноменальной способностью читать мысли. — ответил Илья Алексеевич.
— Не сомневаюсь. У меня не было умысла скрывать это. — сказал я.
— Верю. — согласился он.
Дверь в комнату открылась, и молодой парень в комбинезоне поставил на стол две кружки чая. Теперь мне стал понятен жест собеседника. Обслуживание на высшем уровне. Вот только камеры наблюдения я не увидел.
— К каким выводам пришли аналитики касательно Программы Уничтожения? — поинтересовался я. Притрагиваться к чаю пока не было никакого желания.
— Горстку не слишком хороших специалистов трудно назвать полноценными аналитиками. Я сам — по большей части оперативник. Ты должен понимать, что хороших специалистов осталось очень мало. Ничтожно мало. — Илья Алексеевич взял кружку и сделал небольшой глоток. — Но тем не менее нам удалось просчитать все варианты. Программа Уничтожения — квазиживой организм типа «Рой».
— «Рой»? — спросил я.
— Это не аббревиатура. Приведу пример — муравейник или пчелы. Матка всем заведует и находиться в связи с каждым объектом. — объяснил он.
— То есть получается, что Программа Уничтожения может поддерживать связь с каждым Мутантом и обычным зараженным? — спросил я.
— Да. — коротко ответил он.
— Что-то подобное мы предполагали. Похоже все ваши гипотезы и доводы не слишком далеко ушли от наших застольных рассуждений. — с легкой ухмылкой сказал я.
Дверь позади меня распахнулась и в комнату вошли два человека. Первый рослый — Матвей Савельев. Второй гораздо ниже. Лично президент Российской Федерации. Оба в серых спортивных костюмах. Я и Илья Алексеевич моментально встали, но президент жестом усадил нас обратно. Отодвинув стул, он сел рядом и протянул руку.
— Значит вот ты какой. — сказал он улыбаясь. — Наслышан о тебе. Никаких видимых физических отклонений. С виду нормальный парень.
— Парень он нормальный не только с виду. — вставил слово Матвей.
— Давай сразу договоримся, — продолжил президент, — свободное общение на ты. Нам так будет проще.
Я кивнул.
— Ну и хорошо. Прошу следовать за нами. — сказал он. — Будем тестировать тебя. Посмотрим на что ты способен…
Мы пришли в помещение отдаленно напоминающее спортзал. Небольшой татами в середине комнаты. Высота потолка не ниже четырех метров. Площадь около сотни квадратов. Потрёпанная макивара и минимальное количество тренировочных снарядов.
— Можете начинать! — улыбаясь скомандовал президент.
— Я первый. — спокойно сказал Илья Алексеевич, попутно снимая пиджак и расстегивая рубашку.
Оставшись в брюках на босую ногу, он вышел в середину татами и жестом пригласил меня. Я не стал сопротивляться. Помниться он упоминал оперативную деятельность, которой занимался долгие годы. Разведка всегда имела неплохую подготовку, стоит проверить.
Я медленно вышел в цент круга, и слегка поклонился. Илья прыгнул без предупреждения. Быстрые движения противника резко замедлились — включилось состояние отстраненности. Мгновение, и противник оказался на полу, зажатый в моем умелом захвате. Секунду он терпел, а затем принялся энергично стучать ладонью по татами, и я освободил из захвата.
— Как ты это сделал? — спросил он, когда снова поднялся на ноги, потирая ноющую конечность.
— Состояние ментального просветления. Некоторые называют его «Саматхи», но это ошибочный термин, значение близкое, но немного другое. — вмешался президент, — Более близкое понятие «Сатори» — состояние одной мысли. Преобладание подсознания над сознанием. Ты словно находишься за пределами происходящего, но в тоже время можешь контролировать себя. Когда-то я очень сильно увлекался восточной философией.
— Ваше понятие очень близко к определению состояния в которое я вхожу. Только совсем недавно у меня очень трудно получалось достичь подобного, а сейчас оно приходит словно по команде. — объяснил я.
— Это очень хорошо. Продолжайте бой. — сказал президент.
Бывший разведчик Зарипов прыгнул, надеясь свалить меня эффектом внезапной атаки. Для своего возраста он был в отличной физической форме. Уходя с линии атаки, я провел бросок и отправил его в полет, с дальнейшим болезненным приземлением.
— Отлично! — воскликнул президент. — Поразительная скорость и реакция на воздействие. Игнат, пожалуйста не жалей Илью. Переходите в полный контакт. Только не покалечь его.
