Они снова сидели в том же злополучном домике, что и десять лет назад, только на этот раз не около костра, а на открытой веранде. Отец предложил Эгу пива, предложил впервые, подчеркивая тем, что считает его уже взрослым человеком.
Эг незаметно, с некоторым испугом поглядывал на отца, не зная, как сообщить ему свою новость.
За десять прошедших лет отец уже смирился с мыслью, что его сын не станет покорителем звездных просторов. Не станет первооткрывателем, шагнувшим на неизведанную планету, удел его сына какая-нибудь аналитическая лаборатория, где он будет изучать сведения и материалы, добытые другими. От этой мысли такая горечь поднималась к горлу, что не передать. И плевать, что за его сына, уже два года назад началась борьба между несколькими корпорациями, и плевать, что начальный оклад, предлагаемый ему, в два раза превышал оклад командира обычного звездолета, дело было в принципе.
Эта возня с документами, бланками, графиками казалась отцу какой-то мышиной возней, не заслуживающей уважения, казалась работой недостойной настоящего мужчины.
О! Это эфемерное понятие "настоящий мужчина", сколько разного и часто противоречивого смысла вкладывают в это понятие люди.
Отец Эга, например, считал, что настоящим мужчиной может быть только физически сильный человек, мужского полу, имеющий опасную и почетную профессию, то есть он сам. И то, что его сын мало того, что не стал таким, а еще и свысока смотрел на людей, "зарабатывающих на хлеб только мускулами, полностью отключая мозги", (так он однажды высказался, заработав после этих слов, здоровенную оплеуху), очень огорчало отца. "Но что поделать: сын есть сын, надо его любить таким, каким он есть!", - часто повторял про себя отец, искренне не понимавший, как можно с таким увлечением что-то читать, что-то рассматривать, что-то высчитывать, долгими часами, не интересуясь больше ничем. Отец слышал, что сын выбрал своей специализацией прикладную математику, изучая и описывая математически волновые процессы, в какой бы среде они не создавались. Акустические волны, световые, механические, электромагнитные. Отец с этим смирился. Ему говорили, что работами сына интересовались даже в военном ведомстве. Хоть не совсем то, о чем он мечтал для своего детища, но все-таки...
Эг без труда знал, что думает его отец, знал настолько точно, словно слышал его мысли. Отец был прямолинеен и открыт, это было и хорошо и плохо. Плохими чертами отца было упрямство, косность и консерватизм. Раз что-то вбив в голову он уже не отступал от своей мечты и своих планов. Вот в этом-то и была большая проблема.
Год назад Эг, совершенно неожиданно для себя увлекся биологией. Сначала, как факультативным занятием, а потом интерес перерос в настоящую увлеченность. Он забросил свою основную специализацию и отказался экстерном окончить школу, хотя у него была такая возможность.
Биология! Она поглощала все его мысли. Вернее не вся биология, а только раздел, касающийся грибов. Да, да грибов, правда, не совсем обычных.
Эти грибы были найдены одной из экспедиций. Они были уникальны. Могли изменять вкус, запах, набор питательных веществ и микроэлементов, под воздействием самых разных и самых странных внешних раздражителей. Это было захватывающе, это было интересно, это было наглядно. Грибы росли быстро, несколько дней и уже можно было видеть результат.
Что Эг только не придумывал! Выращивал грибы, облучая их гамма, альфа, бета лучами. Выращивал в атмосфере с уменьшенным количеством кислорода и увеличенным количеством углекислого газа, потом добавлял в аквариум, где произрастали грибы, все известные газы и их производные, каждый раз получая грибы с новым вкусом и запахом. Сам он их, конечно, не пробовал, но анализатор, не только предоставлял данные, но даже мог сравнить вкус грибов или их запах с какими-то известными продуктами. Сначала Эг получал только ядовитые грибы, но перейдя к более щадящим опытам, стал получать и вполне съедобные.
Это была настолько увлекательная работа, что он предпочел еще год провести в интернате, чтобы подольше ею заниматься.
Сейчас он находился на распутье. Микология неудержимо его влекла, но так резко изменить специализацию можно было только с уведомления об этом родителей. Он еще не был полностью совершеннолетним, а поскольку биологи учились на другом континенте, ему нужно было получить разрешение родителей, даже на то, чтобы сдать документы для возможного получения гранда на бесплатное образование. И вот теперь Эг сидел рядом с отцом, не зная, как ему об этом сказать.
-Пап, - кашлянув для того, чтобы придать голосу твердость, начал Эг, - я решил больше не заниматься волновыми процессами, я хочу поступить на биологический факультет, - Эг замолчал, поскольку увидел, как грозно нахмурились газа отца.
-Биологический? - переспросил отец. - И что же там изучают?
-Любые живые формы, - обрадовавшись, что отец начал расспрашивать, стал рассказывать Эг, - начиная от бактерий, вирусов, заканчивая разумными млекопитающими: обезьянами...
Это он зря сказал.
