ГЛАВА 21. День Рождения Иваша
— Деда, у меня сегодня день рождения, меня нельзя наказывать! — крики Иваша сопровождались громким топотом по ступеням вниз. Он явно удирал от деда.
Я, бодро вскочив с кровати и надев халат, прошмыгнула в ванную. Но вдоволь наплескаться времени не было, любопытство подгоняло меня. Мне было интересно, что там у них происходит.
Но поторапливалась я и потому, что очень хотела увидеть Вадика. Сама мысль о том, что мы сейчас встретимся, заставляла мое сердце биться быстрее. Сегодня я подбирала одежду тщательнее обычного: оставив волосы распущенными, я надела недлинное приталенное платье, вишневый цвет которого отлично оттенял цвет моих волос. Косметикой я не пользовалась со времен Дажольска и вполне нравилась себе такой естественной. Но от украшений я сегодня отказаться не могла. Во-первых, день рождения у брата, а во-вторых, они придают мне уверенности в моей красоте. Подбирая серьги, я с грустью понимала, что никогда не простила бы Вадиму поцелуй с другой девушкой, поэтому и от него такого чуда не ждала. Так что не строя никаких планов и ни на что не надеясь, я направилась вниз, в столовую.
В зале было пусто. Посмотрев на часы, с удивлением отметила, что до завтрака еще был целый час. Оглядев комнату, я вспомнила вчерашние события с Гором. Казалось, это было не вчера, а очень давно. Надежда дедушки на слияние двух кланов не осуществилась, и это было по моей вине.
Услышав какую-то возню в кухне, я вспомнила про помощницу деда. Мне не очень хотелось встречаться с Бояной, но я здесь на своей территории.
Пожалуй, выпью-ка я чашечку чая. Заходя в кухню, столкнулась с ней нос к носу. В руках у нарядной Бояны была большая кружка чая. Мы обменялись короткими кивками, и она, что-то промурлыкав себе под нос, понесла чай на второй этаж. Уж не к Вадиму ли?
В полной звенящей тишине я тоже налила себе свежего ароматного чая и ушла обратно в зал. Туда уже пришли дедушка с именинником, а это означало, что моя догадка была верна. Мысль больно полоснула по сердцу — она точно понесла чай Вадиму.
Не показывая своего состояния, я бодро поздоровалась с ними и поинтересовалась самочувствием брата. По довольному лицу дедушки и красным ушам брата, я поняла, что разногласий между ними теперь нет.
— Все хорошо, сестренка. Переживай лучше не за меня, а за Вадима. — Брат невесело усмехнулся. Дедушка, посмотрев на часы, обратился к нему:
— Кстати, Иваш, сходи, разбуди этого соню и приведи его сюда. Потолковать хочу. И ты, внучка, останься тоже.
Вадим наверняка уже не спал, потому что по-солдатски быстро спустился к нам. Дедушка посадил нас напротив себя и заговорил:
— В тебе скрыт настоящий клад, Лада. И этим кладом еще не раз захотят воспользоваться в корыстных целях, как Гор. Мне жаль, что тебе пришлось пострадать от людей, которых я сам привел в свой дом. Но в то же время и рад, что все это произошло у меня на глазах, и все закончилось хорошо. Гор действительно поступил подло и поплатится за это. Но не о том я хотел сказать. — Он, как всегда в своей манере общения, немного помолчал, а мы не перебивали. И продолжил:
— Для Вадима твой магический дар не представляет никакой ценности, и ты дорога ему безо всяких причин. Потому, ему тяжелее сейчас, чем нам. И если он захочет выслушать тебя, расскажи ему про то заклятье, которое использовал этот подлец.
Вадим не сдержался, в сердцах бросил:
— Нашлась причина, заклятие, как же! Не знаю, как у вас в Ладьоре, а у нас на Земле есть верность и порядочность! — и сердито посмотрел на меня, сжав губы в белую тонкую нить. Мне казалось, что он сейчас встанет и уйдет. Но дедушка поднял одну ладонь вверх, как бы прося его успокоиться, и продолжил:
— Верно говоришь, и у нас чтится это. И знай, что я не настаиваю на вашем примирении. Но прежде, чем вы наломаете дров, выслушайте меня. Всему свой час, время строить и время разрушать, время говорить и время молчать, нужно понимать, что сейчас делать. Иные счастливы во взаимности, а иные блуждают всю жизнь, так и не найдя своего счастья. А ведь вдвое скрученная нить более крепка и нескоро порвётся. Так и у вас. И дети ваши эту связь неразрывной сделают. Вот Анюты моей нет уже давно, а связь есть, держат ее крепко сыновья наши. Все, что хотел, я сказал. Идите, детишки.
Он замолчал и задумался. А мы вышли, тихо прикрыв дверь. И в коридоре молча разошлись по разным сторонам.
Мне захотелось на улицу подышать свежим осенним воздухом и проветрить мысли. На меня произвели впечатление слова дедушки, но которые я никак не могла до конца осмыслить. Взяв на кухне миску с едой, я направилась к «орчонку». Он был у нас уже трое суток, и если бы не сегодняшний праздник, им бы занялась Стояна. Она точно сможет увидеть то, что необходимо для дальнейшей тактики, несмотря на молчаливость Турора.
