- Послушайте, вы же умный человек! Вы же понимаете, что Хранилище, если оно существует, это не музей и не магазин, куда можно спокойно войти и разглядывать товар на полочках. Для того, чтобы его вскрыть, изучить, понять требуется время! И колоссальные средства! И лучшие умы! Проблема не решается с наскока. Я допускаю, что стройка и археологические изыскания могли идти одновременно, но упор в первые годы делался все же на стройке. Чтобы привезти в Антарктиду специалистов по древней истории, лингвистов, искусствоведов, физиков, реставраторов – им необходимо создать условия для работы. Антарктида – это же как полет на Марс! Это годы подготовки, годы серьезнейшей работы. Я отлично понимаю, почему за первые три года не было сделано существенного прорыва. Но не понимаю, почему все бросили на полпути, затратив невиданные усилия и огромные средства.
- Перестали нуждаться в древних технологиях? – предположил Грач, скептично хмыкнув. – Или сочли, как в басне, что «зелен виноград». На пути исследователей встали трудности высшего порядка: невиданные ловушки или что-то еще. Если Хранилище существует, древние строители не могли оставить его без защиты.
- Может быть, - Геннадий тяжело вздохнул, остывая после взрыва праведного возмущения. – Я надеюсь найти на станции подсказки или даже прямые ответы на то, что произошло.
- Хранилище далеко от станции?
- Станция построена у подножия горы, в недрах которой находится Хранилище.
- Там пещера?
- Да, - Геннадий уставился на испачканные в краске пальцы и вздохнул. Володя протянул ему пачку влажных салфеток. – Вообще, наукой не доказано существование пещер в Антарктиде. Но на некоторых спутниковых снимках они просматриваются. Я не слышал, чтобы кто-то ставил себе целью проверить, это действительно пещеры или нет. Возможно, тот снимок указывает на рукотворный объект, отмечающий вход в подземные залы.
- Вы это тоже собираетесь выяснить?
Историк фыркнул:
- Надо быть идиотом, чтобы сунуться туда - без снаряжения, без спелеологических навыков. Нет-нет, станция на данный момент интересует меня гораздо больше. Это неизвестная страница нашей истории. Страница намеренно уничтоженная..
- Я понял, - остановил его Грач. – Но у меня есть еще вот такой вопрос: отчего все это окутано покровом тайны? Ну, хорошо, про Хранилище болтать лишнего не полагалось. Но сам факт существования антарктической программы – зачем его скрывать? Про покорение Арктики же не скрывали ничего.
- Скрывали, конечно, все скрывали! И подробности арктической эпопеи, и космические программы. Обо всем сообщали с запозданием и очень кратко. И знаете, сегодня с Антарктидой тоже ничего не изменилось. Скажем, в 2012 году наши гидрологи пробурили лед и достигли поверхности озера Восток. Это уникальное озеро, самый древний водоем на планете, который миллион лет находился в изоляции. Над ним полтора километра снега и льда, а температура воды около 20 градусов по Цельсию. И между льдом и поверхностью есть воздушная пробка. Когда удалось достать первые образцы воды, радости не было предела . Об этом сообщили в новостях, пробирку торжественно вручили президенту Путину. Анализ обнаружил присутствие в озере организмов, ДНК которых кардинально отличается от всех виденных ранее. Но что дальше? Молчок. На исследования наложен гриф повышенной секретности. И так происходит всякий раз, с абсолютно любой сенсацией. Как бы много ни было написано об Антарктиде, еще больший пласт информации не подлежит разглашению.
- Ладно, озеро и ДНК - это сложные исследования, и кому надо, тот все равно в курсе. Но оазис Драконьего Зуба включили в туристический маршрут. Соседнюю долину Чаруского пасут англичане, у них там лагерь, а по здешним меркам она совсем близко. Неужели никто не натолкнулся, хотя бы случайно, на заброшенную станцию? Не стал задаваться вопросом, откуда тут строения, брошенная техника, аэродром.
- В Антарктиде полно брошенных домов и техники, - сообщил Геннадий. – В основном, вдоль берега – остатки китобойных баз. Но встречаются и в глубине континента. Это сейчас все очень строго и контролируется экологической комиссией. А прежде и перевалочные пункты оборудовали, где попало, часто даже на карту не наносили, и склады с продуктами и горючим – им нет числа. Собирались куда-нибудь в поход и на пути следования делали схроны. А на обратном пути все, что не пригодилось, оставляли до следующего раза, который мог и не наступить. Поэтому на заброшенные станции не обращают внимания. Хорошего оборудования там нет, все устарело, да и консервы просрочены. К тому же, Драконий Зуб находится в зоне интересов Британии, а им плевать на советские артефакты.
- Ясно, - кивнул Володя. – И поскольку любителей пощекотать себе нервы, забравшись в «домик с привидением» среди британцев нет, русская станция остается ненайденной. Что ж, спасибо за сотрудничество.
- Сообщите, как будут новости! – попросил Геннадий.
- Обязательно, - пообещал Грач и вышел.
12. Вечеринка на верхней палубе
