Я проводила взглядом отряд герцога, поставила ногу в стремя и легко взлетела в седло. Значит, Хенман Бейтан тоже заинтересовался браслетом. Или это личный интерес леди Ли-Ин? Знать бы, что связывает одного из влиятельнейших герцогов Востока и эльфийку…
Весь день мы пробирались на юго-запад полями и лесами. Как и советовал герцог, дорог старались избегать. Стэндиш тщательно заметал наши следы с помощью заклинаний. На ночлег остановились у небольшого звонкого ручья.
После целого дня в седле не привыкшее к этому тело ныло. Я сидела у костра и поглаживала ножны катаны духа, которую взяла с собой. Вдруг Стэндиш поднялся и подошел ко мне. Я вскинула голову. Несколько мгновений охотник молча смотрел сверху вниз, а затем сказал:
– Поднимайся. Тебя ждут персональные тренировки и незабываемые две недели.
Я медленно встала, не понимая, чего он хочет от меня.
Стэндиш подошел к седлу и развернул длинный сверток, который я заметила ранее. Ткань полетела в сторону, и я не смогла сдержать изумленного вздоха. Не может быть! Откуда у него это?
В руках Стэндиша оказалась катана духа. Он вытащил клинок из ножен, позволяя рассмотреть извилистую линию на лезвии. Оружие я узнала сразу. Единственное, чего мне хотелось, – вырвать катану из рук Святого. Но пришлось потупиться, изобразить смущение и замешательство. Это было очень сложно, потому что внутри меня клокотала ярость.
Рэйман Святой. Убийца.
Тьен молча подошел, лизнул мои пальцы и ткнулся лбом в ладонь. Я рассеянно почесала его за ухом и спросила дрогнувшим голосом:
– Вы будете учить меня пользоваться этим мечом?
Стэндиш усмехнулся:
– А ты хотела его на стенку повесить? Зачем тогда с собой взяла?
– Нет, я с ней даже тренировалась.
Надеюсь, они сочтут, что мой голос дрожит от страха, а не от злости. Еще бы слезу пустить, но с этим у меня не ладится.
Шоннерт подал голос:
– Оставьте ее.
Пришлось торопливо выдавить:
– Нет, нет, я хочу научиться им владеть.
Голос Тьена был голосом разума. И это немного отрезвило меня. Я нашла в себе силы мило улыбнуться Шону и подвесить катану к поясу. Затем отошла в сторону вслед за охотником. Стэндиш щелкнул пальцами, и несколько ярких магических светлячков осветили поляну.
Он поднял клинок. Я скопировала его стойку, и охотник заинтересованно хмыкнул. А затем Святой коротко произнес активационное слово, и клинок окутался белым светом. Я не тренировалась со светлой магией. Поэтому изображать ничего не стала. Удивленно похлопала ресницами, как будто вижу это в первый раз, и заблокировала первую атаку.
Сложнее всего было поддаваться и делать ошибки. Тело Шияссы не было таким тренированным, как мое, и катану не наполняла магия. Поэтому у Стэндиша было преимущество. Впрочем, пользовался он им, на мой взгляд, весьма бездарно. Было видно, что оружие не предназначено для светлой магии. А нужно было грабить Тайджу, а не Мисуто! Не этого Мисуто…
И все же сражался он неплохо. Но я отметила для себя несколько его слабых мест. Пользоваться не стала. Время придет. Спустя пару минут довольно бестолковой схватки я позволила приставить острие катаны к моему горлу и растерянно опустила свой клинок.
Охотник довольно убрал оружие в ножны и сказал:
– Что ж, ты не безнадежна. Попытаюсь натаскать тебя за пару недель, которые нам суждено провести вместе. Хоть какое-то развлечение в этой глуши.
Развлечение? А почему бы и нет. Я вложила катану в ножны отточенным жестом и спросила:
– А что будет, если через две недели я вас побью? На вот этих рибенских мечах?
И выдала тщательно отрепетированный перед зеркалом наивный взгляд. Стэндиш рассмеялся и снисходительно посмотрел на меня.
– Ты? Меня? Хочешь пари? На что?
Кажется, клюнул. Я кивнула и указала пальцем на его катану:
– Если я выиграю у вас до того, как мы вернемся в Лукаш, обменяемся катанами. Ваша мне больше нравится.
– Потому что это катана духа, а не простая железка, глупая девочка, – покачал головой Стэндиш. – Да ты хоть знаешь, кому она принадлежала?
Я равнодушно пожала плечами и отвела взгляд. Разумеется, знаю. Это клинок Соджи Мисуто. Моего учителя. И продолжила настаивать:
– Ну так что? Вы согласны?
Стэндиш бросил на меня презрительный взгляд и саркастично сказал:
– Если случится чудо и через две недели ты сможешь победить меня, то, так и быть, поменяемся катанами.
– Поклянитесь кровью и магией, – потребовала я.
– Еще чего, – фыркнул охотник. – У тебя свидетели есть. Если не исполню свои обещания, жалуйся герцогу Бейтану. Его остроухая пассия тебя поддержит.
Значит, все-таки пассия? Первый раз слышу, чтобы эльфийка интересовалась человеком. Возможно, герцог Бейтан просто не утруждает себя развенчанием слухов.
Я медленно отошла в сторону, отложила клинок и присела на одеяло к Шоннерту. Тот погладил меня по плечу и сказал:
– Ты здорово сражалась.
