Выживший полностью

Идёт сорок первое тысячелетие. Более чем сто веков Император недвижимо восседает на Золотом Троне Земли. Волею провидения он — повелитель рода людского, властвующий над миллионом планет благодаря мощи своих неисчерпаемых армий. Его тело — разлагающиеся останки, которые извиваются в незримых корчах под воздействием сил, восходящих к Тёмной Эре Технологий. Он — Гниющий Владыка Империума, которому ежедневно приносят в жертву тысячу душ, чтобы он никогда не умер по-настоящему.

Но даже в таком неумирающем состоянии Император продолжает своё непрестанное и неусыпное бдение. Когда могучие боевые флотилии пересекают кишащие демонами миазмы варпа, — единственный путь, соединяющий далёкие звёзды, — дорогу им освещает Астрономикон, псионическое проявление воли Императора. Во имя него гигантские армии дают сражения в бессчётных мирах. Его величайшими бойцами являются Адептус Астартес — космические десантники, биологически-сконструированные сверх-воины. Несть числа их собратьям по оружию: Имперская Гвардия и несметные силы планетарной обороны, никогда не теряющая бдительности Инквизиция и техножрецы Адептус Механикус, и это лишь малая их часть. Но несмотря на всю их многочисленность, их едва хватает, чтобы сдерживать постоянную угрозу, исходящую от чужих рас, еретиков, мутантов — и худших врагов.

Быть человеком в такие времена — это значит быть одним из числа бессчётных людских миллиардов. Это означает жить при самом жестоком и кровавом режиме, какой только можно себе вообразить. Это — повести тех времён. Выкиньте из головы техническое могущество и научную мощь, ибо столь многое было забыто, что уже никогда не узнать вновь. Выкиньте из головы надежды на прогресс и понимание, поскольку в жестоком мрачном будущем есть только война. Нет мира среди звёзд, лишь вечность резни и кровопролития, да хохот алчущих богов.

Бас вскочил и побежал что есть духу, даже не успев осознать причину. Какая-то часть его мозга среагировала в тот же миг, когда раздался крик, затем его ноги пришли в движение, и он затопотал по пыльным проулкам, улепётывая от своих преследователей.

Первое правило было простым: "не попадаться на глаза". С того момента, как нагрянули чудовища, он нарушил его лишь считанное число раз, и никогда — намеренно. Сейчас, как и прежде, это случилось не из-за его неуклюжести. И не из-за его беспечности. Просто-напросто невезение как оно есть, и ничего более. Он принял все обычные меры предосторожности. Он держался в тенях. Он перемещался стремительно, пригибаясь низко к земле. Он был терпелив, бесшумен и всегда настороже. Но чудовища, которые сейчас гнались за ним, радостно тявкая и вереща от перспективы пролить его кровь, пришли снизу. Они появились из-под канализационной решётки всего в нескольких метрах позади него, и о сегодняшних поисках чистой воды внезапно пришлось забыть в пользу гораздо более экстренной надобности.

Он удирал; пули шлёпали о стены переулка по обе стороны от него, выбивая облачка пыли и каменной крошки. Некоторые из них подходили вплотную к тому, чтобы окончить его жизнь, пролетая так близко, что чиркали по затвердевшей от нечистот корке его волос. Это заставляло его рывком прибавлять скорость и давало добавочный адреналин, позволявший ещё сильней притупить боль, терзавшую его ноющие суставы и мышцы.

Он увидел впереди наверху покорёженные останки пожарной лестницы и стрелой помчался к ним. Крыши — вот это было его царство. За месяцы, прошедшие с момента пришествия чудовищ, он часами укладывал доски между остатками кровель этого городка. Там, наверху, он ходил, где хотел, и видел всё. Там он имел преимущество. Гиганты никогда не поднимались наверх, а мелюзга не знала эту территорию так, как он. Крыши принадлежали ему: ориентируйся в своём окружении, и ты всегда будешь на шаг впереди.

Искривлённая металлическая лестница затряслась и заскрипела, когда он ринулся вверх по ней. В ушах колотило сердце, в голове стучала разогнанная кровь. Он рискнул бросить взгляд вниз и увидел своих преследователей — четырёх костлявых зелёных существ с красными глазами и игольчатыми зубами. Они достигли низа пожарной лестницы и, запрыгнув на неё, карабкались вслед за ним.

Бас продолжил подъём и ещё через несколько секунд добрался до крыши. Какой-то кратчайший миг он оценивал своё положение. Здесь, в юго-западной части городка, у него было несколько устоявшихся местечек для укрытия, до двух из которых было рукой подать. Но он не мог пойти на риск привести врагов к одному из своих убежищ. Сначала ему надо оторваться от погони. Он может двинуться на север по самодельным мостикам, которые уложил несколько недель тому назад, или же направиться на восток, где зазоры между зданиями были достаточно узкими для того, чтобы их перепрыгнуть.

Значит, на север. Чудовища позади него не уступали ему в прыгучести. Восток нёс в себе гигантский риск.