– Хэзлитт не согласен с вами.
– Нет. Послушайте, я не обвиняю его. У меня для этого нет никаких причин. Это – всего лишь догадка.
Олджи погладил подбородок.
– Я хотел бы увидеть этого приятеля.
– О!– сказал сержант с облегчением. – Об этом-то я и подумал. Разговор поможет вам оценить его. И хорошо, что вы пришли сегодня,– добавил он. – Инспектор хочет перевезти старого Саймона подальше от деревни. Пристли – мирное местечко. Я не привык держать в наших камерах важных заключенных.
Лоуренс кивнул:
– Тогда ведите.
Хардиндж открыл дверь в задней стороне главной комнаты, и двое мужчин вышли в короткий коридор. Сержант указал на маленькую каморку по левую сторону от них.
– При необходимости мы используем ее как кабинет. А там,– указал он,– камеры.
Он позвенел ключами в руке.
Лоуренс поглядел на единственное окно, перекрытое решеткой, и по лицу его пробежала гримаса отвращения. Атмосфера подавляла его.
Перехватив его взгляд, Хардиндж весело заметил:
– Кто там ни переделывал это здание в наше отделение полиции, он имел слабость к стальным решеткам. Господи прости, даже окна в моих жилых помещениях зарешечены. Что делать при пожаре, страшно подумать. – Он улыбнулся. – Однако это неважно.
Он подошел к двери камеры Тернера и повернул ключ в замке.
Когда мужчины вошли, старый Саймон поднял голову. Он не попытался встать, а просто, прищурившись, с подозрением смотрел на них.
Лоуренс, внимательно оглядывая тощего старика, едва мог поверить, что это тот самый человек, который с такой яростью напал на него вчера вечером. Еще один взгляд показал ему, что старик крепок, а в выцветших глазах у него затаилась злоба.
Лоуренс сел на койку рядом с ним. Хардиндж встал спиной к двери и объявил, хотя этого и не требовалось:
– Это Саймон Тернер.
– Мы встречались,– мрачно заметил молодой человек.
Он погладил пластырь на виске.
Тернер вновь прищурился с некоторой опаской, но ничего не сказал.
Олджи резко спросил:
– Хотите выбраться отсюда?
Страх на лице старика сменился удивлением, и взгляд стал почти насмешливым. Затем Саймон презрительно процедил:
– А что, можете устроить?
– Что ж, для начала,– медленно произнес Лоуренс,– я мог бы отказаться от обвинений против вас.
Тернер искоса посмотрел на него:
– Вы же не сделаете это просто так?
– Нет. – Лоуренс достал из кармана портсигар и вежливо спросил:
– Сигарету?
Хардиндж нахмурился, но возражать не стал. Старый Саймон взял сигарету, не выказав благодарности. Лоуренс закрыл портсигар и щелкнул зажигалкой, вмонтированной в него.
– Сначала вы должны мне помочь,– продолжал он.
– Как?
– Расскажите мне что-нибудь, что вы знаете о смерти Роджера Кверрина.
Ответом Тернера было отвратительное рычание. Он направил большой палец на сержанта:
– Спросите его. Он знает все, что я могу сказать.
– Не дерзите!– В голосе Хардинджа слышалось предупреждение. – И отвечайте на вопросы мистера Лоуренса.
Молодой человек терпеливо продолжал:
– Я никак не связан с полицией. Естественно, вы не хотите обвинять себя. Но я искренне обещаю вам, что, если вы сможете пролить какой-то свет на эту тайну, то не пожалеете.
Саймон нахмурился:
– Что заставляет вас думать, будто я что-то знаю?
– Вы бродили вокруг Кверрин-Хауса весь день, не так ли?
– Возможно и бродил. Возможно,– с горечью сказал старик,– я просто хотел увидеть, как жестоковыйный ублюдок получит то, что заслужил. Я...
– Хватит об этом,– резко перебил его Олджи. – Нас не интересуют ваши обиды. И если только вы не хотите, чтобы мы поверили, что вы приложили руку к смерти Роджера Кверрина, то лучше не оскорбляйте его в нашем присутствии.
– Мне наплевать,– мрачно заявил Саймон.
– А зря. Вы продемонстрировали, что склонны к насилию. Убийство было бы вполне в вашем стиле.
Тернер сжал кулаки. Сигарета дико дергалась между его губами:
– Да, я ударил вас! Это ваша вина. Зачем вы прыгнули на меня? Я должен был освободиться!
– Прежде всего, почему вы вообще были там?
Увядшие глаза зажглись ненавистью. Старый Саймон прошипел:
– Он отнял у меня дом. Выгнал после службы в течение всей жизни... и я ничего не мог с этим поделать. – Он беззвучно засмеялся. – Но мне и не нужно было. Следовало просто ждать. Я знал, что он не ускользнет от старого Тома. Старый Том был моим другом. Старый Том отомстил бы за меня...
Его голос упал:
– Я хотел быть там.
Тишину нарушил Хардиндж:
– Я был на страже с одиннадцати до полуночи. Вы не приближались к дому.
Тернер осклабился:
–Вы такой умный?– Он повысил голос. – Я знал, что вы будете там. Поэтому я не подходил к комнате Кверрина. Но все-таки я был на территории. И слышал крик!– закончил он с явным удовольствием.
Лоуренсу на мгновение показалось, что его сейчас стошнит:
– А затем?
Казалось, на глаза старика опустились шоры. Он уклончиво произнес:
–Я бродил вокруг. Приехала полиция. И я видел, как они увезли Кверрина.
Лоуренс поднял руку:
– Забудьте это. Что еще вы видели, когда бродили вокруг?
– Ничего!– резко бросил Тернер. – Когда полиция уехала, я тоже ушел. По крайней мере, собирался, пока... – его рот искривился,– пока сержант не поймал меня на выходе.
