– Что ж, расскажите мне о Моргиене. Я слышал, он не так прост, как кажется.
Услышав просьбу Изака, Дораней хихикнул и потер свежевыбритый подбородок.
– Что ж, мне и впрямь следовало бы начать с Моргиена. Но тогда сразу стало бы ясно, кем мне придется закончить. Вы услышали о нем от пророка?
– Нет, он встретился мне в пути.
Изак посмотрел на отражение Доранея в зеркале, но заметил на его лице лишь легкое удивление.
– Я кое-что узнал о Моргиене от пророка – и о вас тоже – но, боюсь, недостаточно. Особенно меня удивило, что Моргиен передал со мной письмо для вашего короля.
– Вы прочли его?
– Я не сомневался, что именно этого от меня и ожидали. Письмо вон там, возле Сюлентов.
По знаку кранна Михн взял свиток и передал человеку короля. Дораней вскрыл послание и пробежал глазами первые несколько строк.
– Гора Велер, – пробормотал он себе под нос.
– Еще год назад я бы посчитал все это выдумкой, но теперь, когда я знаю о деле Малика и о культе Азаера… – Изак заметил, как закаленный в боях воин вздрогнул, услышав эти слова. Несомненно, кранну удалось сильно его встревожить.
– Прошу вас, милорд, сейчас не время. Я не тот человек, с которым стоит обсуждать эту тему…
Дораней смолк, когда Изак, злобно сверкнув глазами, поднял руку.
– Дайте-ка я отгадаю. Наверное, мне следует обсудить все с королем. Я уже слышал об этом, поэтому ничего нового вы мне не сказали.
Белоглазый пошел к двери, но Дораней заставил себя не вставать, чтобы пропустить гостя-великана.
– Тогда прошу прощения. Я всего-навсего слуга короля и знаю лишь то, что должен знать для исполнения своих обязанностей. Вы же понимаете, король Эмин не считает необходимым всем делиться со мной. Но, насколько можно судить по письму, он собирается ответить на все ваши вопросы. Я понимаю ваше недовольство, но прошу – потерпите! Наслаждайтесь гостеприимством этой страны, пока мы не доберемся до Нарканга.
Изак поморщился, но промолчал. Сняв Эолис со столбика кровати и повесив меч на пояс, он положил руку на эфес с изумрудом, кивнул Доранею и заставил себя улыбнуться.
– Что ж, да здравствует гостеприимство. Будьте моим проводником.
Конец путешествия в Нарканг был недолгим и приятным. Фар-ланов перевезли вниз по реке Морвент на огромном баркасе, который сопровождала веселая процессия из лодок всех форм и размеров. К своему безмерному удивлению, Изак обнаружил, что аристократы, в имениях которых гости проводили каждый вечер, были приятными и открытыми людьми.
Король Эмин правил уже двадцать лет, но титулы принадлежали здесь только тем, кто когда-то поддержал его при завоевании власти. Вместо родовитых дворян король возвысил купцов, честолюбивых мелких помещиков, пиратов и контрабандистов, которые в свое время присоединились к его делу. Поговаривали, что Эмин Тонал не отказывал в дружбе честолюбивым простолюдинам, хотя последние на собственной шкуре убедились, что король принадлежит к людям, чьим доверием нельзя злоупотреблять.
Кранн видел: здешний энергичный народ гордится своими успехами и нисколько не стыдится, что не принадлежат ни к одному из Семи племен Ланда. Это не соответствовало представлениям фарланов о «малых народах», но данный случай был особым.
По утрам и вечерам здешние гвардейцы занимались выездкой своих коней, и это зрелище вызывало живейший интерес «духов», поскольку уровень мастерства кавалеристов был высок и они не уступали фарланам ни в искусстве верховой езды, ни в сложности исполняемых трюков. Тренировки радовали местное население, чье преклонение перед королевскими гвардейцами изумляло «духов».
Облокотившись на перила баркаса и разглядывая проплывающие мимо поля, Карел как-то раз небрежно заметил, что в этой стране можно многому поучиться – и не только одному Изаку.
Изак не спеша ехал вверх по склону, рассматривая королевских гвардейцев, поджидавших гостей на гребне холма. Они почти добрались до Нарканга, но им пришлось провести все утро в седлах: по традиции фарланы всегда въезжали в город верхом, и Изак не хотел нарушать обычай. Дораней покинул их еще утром – поехал вперед, чтобы убедиться, что путь свободен.
Несмотря на то что Изак сперва сомневался в нем, Дораней оказался приятным собеседником, понимающим, когда следует поддержать беседу, а когда лучше помолчать. Кранн подозревал, что у человека короля есть немало личных секретов – как, впрочем, и у всех членов братства – и это научило его ценить молчание.
В воздухе пахло весной. Порыв ветра пробежал по полям, пронесся над дорогой, зашуршал кронами ясеней. За деревьями Изак разглядел возделанные поля и поместье вдали. Мальчишки-пастухи расселись на ограде выгула для скота, и, пока они восторгались конями гостей, скот без присмотра бродил по траве.
Как только путники достигли вершины холма, ветер подул с другой стороны, принеся с собой соленый запах океана.
Изак и его товарищи подъехали к Доранею, и тот указал в сторону своего родного города.
– Посмотрите, милорд: Нарканг, первый город запада.
Рядом с Изаком вздохнула Тила.
