Цитату, которую только что вспомнил Карел, знали все фар-ланы, она была взята из легенд, написанных до Великой войны.
Стоявший рядом с королем Эмином воин беззвучно читал молитву. Потом повернулся, чтобы бросить последний взгляд на командира Брандта, из последних сил сражавшегося сразу с двумя врагами.
А после стал виден лишь мерцающий белый свет и за раскатами грома слышались только душераздирающие крики умирающих.
Дрожала сама земля.
– Итак, начинается.
Мысли его текли так лениво, словно плыли против течения реки.
– Что ты имеешь в виду?
– Изгнанные вернулись. Скоро тебе придется возглавить армию посвященных. Предсказания начинают сбываться, и ты в самом центре событий.
– Но я никогда не стремился к этому.
– И чего ты хочешь? Разве ты можешь противиться грядущему?
– Не знаю, но я не хочу войны, которая раздробит Ланд. Если столкнутся разные предсказания, кто знает, какие беды это принесет?
– Иногда мир может наступить только благодаря войне. Ты не можешь сидеть сложа руки, когда другие стремятся завоевывать и разрушать.
– Но люди другого ожидали от Спасителя.
– Та жизнь, из которой мне не вырваться, полна предчувствий и вероятных событий. Я могу видеть твое будущее лишь частично, потому что в будущем мне суждено быть с тобой. Собираются темные тучи, силы, которые тебе неподвластны. Я видела тебя мертвым, а твое место заняло воплощение ужаса. Я видела, как ты лишился разума, стал животным и был сброшен в Темноту, а Ланд предали разорению.
– И что же я могу сделать? Заставить посвященных принести мне клятву верности, когда мы встретимся в Лледене?
– В Лледене? А кто предложил там встретиться? Лледен – слишком могущественная страна, не думаю, чтобы там обрадовались посвященным, тем более что они захотят сохранить вашу встречу в тайне. Но когда ты встретишься с ними, там будет и колдунья из Лледена. Не исключено, что она сумеет тебе помочь.
– И чем мне сможет помочь деревенская карга?
– Ланд теряет равновесие, и все это из-за сил, которые используются необдуманно, без мыслей о последствиях. Колдунья же черпает свою силу напрямую из Ланда, где во всем должно сохраняться равновесие. Мне думается, она не станет стоять в стороне и спокойно взирать на то, как все рушится. Она обязательно поймет, что равновесие требуется и тебе, и, думаю, сумеет указать тебе дорогу во тьме.
Темнота вдруг отступила. Изак снова начал ощущать свои руки и ноги, налитые усталостью, пульсирующие болью. У него заслезились глаза.
Кранн постепенно просыпался, хотя предпочел бы нырнуть обратно в безмятежное убежище сна. Но это было невозможно – реальный мир настойчиво взывал к нему. Наконец Изак понял, что лежит на кровати, застеленной слегка влажным бельем. Уши его уловили сперва невнятный гомон, потом стали различать отдельные слова, а потом он начал узнавать и знакомые голоса. Он мало-помалу возвращался в Ланд, к земным заботам.
– Ему нужно дать выспаться.
– Нет, он должен встать, чтобы его увидели люди.
– Как ему удалось выжить?
– А ты как думаешь? После того как он стал повелителем Фарлана, Нартис обязательно должен был первое время приглядывать за ним, особенно в грозу. А что касается грозы – хотел бы я знать, как он это сделал. Он не просто создал молнии с помощью магии, он вызвал грозу на себя. Королевские маги чуть ли не обделались от страха, а потом…
– А его рука?
– Вот этого я объяснить не могу. Мне кажется, нам нужен маг или священник, чтобы в этом разобраться.
Изак вдруг принялся ловить воздух ртом, словно только что вынырнув из воды, и собравшиеся у его постели отскочили.
Только что он лежал неподвижно, как мертвый, – и вот теперь, судорожно дыша, возвращался к жизни.
Открыв глаза, Изак увидел над собой богато изукрашенный потолок: значит, он в какой-то роскошной дворцовой комнате. С большим трудом ему удалось собраться с мыслями. Уж не королевские ли это апартаменты? Даже главный аудиенц-зал был меньше и не настолько ярко разукрашен.
– Как вы себя чувствуете?
Изак чуть не расхохотался, услышав вопрос Тилы. Он еще не знал, сколько у него ран, но на нем как будто места живого не было, а когда он попытался приподнять голову, боль вспыхнула в голове и все вокруг помутнело и расплылось.
Когда он вновь открыл глаза, рядом стояли Тила и Михн, не давая ему сесть на постели.
– Осторожно, – тихо предупредила Тила. – Под вами обвалился кусок стены, и вы упали во двор с большой высоты.
– Как это произошло? – спросил Изак.
– Как произошло? – повторил за ее спиной Карел.
Изак с трудом нашел его глазами. Измученное, усталое лицо Карела было все в синяках, на левой щеке все еще кровоточила небольшая рана. Рука ветерана, забинтованная грязной тряпкой, висела на перевязи.
– Неужели ты не помнишь, как наслал гнев богов на головы наемников?
– Я… Нет, я помню только вспышки. Больше ничего.
