– А говорят - оборотни не мерзнут,– улыбнулась парню, придерживая полы пиджака.
– Я все же склоняюсь к твоему недугу,– прокомментировал Бохай, подставляя локоть, чтобы я могла опереться.
Мы прогуливались по одной из тропинок парка, иногда здороваясь с мимо проходящими парочками.
А как мы выглядим со стороны? Будто такая же парочка? Интересно, кем меня считает Бохай?
– Почему ты пригласил меня? – решила начать издалека.
По его ответу смогу сориентироваться и понять, какой вопрос задавать следующим. Двуликий, рассматривающий красоты нашего парка, в виде скульптур, подстриженных газонов и причудливых клумб, скосил на меня взгляд.
– Просто захотелось,– честно ответил он. – После возвращения из передовой я мало общаюсь с местными девушками, а с тобой мы проводим почти каждый день за игрой в шахматы. Вот я и решил рискнуть. Кстати, ты отлично танцуешь,– произнес он комплимент, заправляя мне за ушко выбившийся локон.
– Хуже, чем Джиао.
– Но лучше, чем …как девушку ту зовут? Юнру? Вот, лучше, чем Юнру. Я наблюдал за её танцами, и скажу честно - на любителя. Технично и без фантазии.
– С ней скучно даже во время танца,– поддержала мысль Бохая, злорадствуя про себя.
Мы еще прогулялись, пока оборотень не встрепенулся, будто что-то вспомнил. Он решительно зашагал к старому фонтану. Заинтригованная, направилась следом. В той стороне находились детские аттракционы, которые закрыли в период военных действий. Но, завернув за угол парковой тропинки, я увидела разноцветные лампочки, ощутила запах сладкой ваты, а под ногами дрожала земля от бегающей толпы. Аттракционы работали!
– Как так…– обескуражено остановилась, очарованная красотой бликов.
– Всё альфа клана организовал. Дети тоже хотят веселиться,– улыбнулся Бохай, увлекая меня за собой. Что здесь только не работало: карусель, горки, колесо обозрения, батут, лодочки. Для желающих перекусить открыли лавочки с лапшой, хрустальными фруктами, шашлычками и вареной кукурузой.
– Мы летний фестиваль будем вспоминать весь год,– прошептала Бохаю, помахав знакомым из школы.
Оборотень кивнул и повел меня вглубь местного Диснейленда. Едва я поняла, куда именно - пульс зашкалил, а в груди сдавило от испуга. Колесо обозрения!
Я с детства боялась высоты после того, как упала со скалы у озера. Мы тогда всей семьёй отдыхали на пикнике и развлекались, прыгая в воду. Я не отставала от остальных, пока не сорвалась. Когда ты захотел этот прыжок в бездну, и когда летишь, беспомощно хватая воздух, а он проскальзывает сквозь твои пальцы – совершенно разные ощущения. Плюхнулась я тогда знатно, и, в целом, не пострадала, но больше не рискнула. И с тех пор панически боюсь высоты.
– Джиобами? – позвал Бохай, помахивая билетами перед моим лицом. – Пошли места занимать.
– Давай лучше на карусельке…
– Пошли, пошли, пошли,– настойчиво потянул меня оборотень.
Оцепенев от леденящего душу страха, послушно села в открытую кабинку, вцепившись в поручень до побелевших костяшек на руках. Бохай запрыгнул следом и сел напротив, расслабленно вытягивая ноги. Колесо плавно двигалось, медленно поднимая нас наверх.
– Посмотри, как красиво,– предложил оборотень, руками обводя весь пейзаж. – Смотри, я вижу школу, а вот фабрика…
Комок желчи подступил к горлу, а голос Бохая я слышала через звенящий шум в ушах. Пиджак прилип к вспотевшей спине, а перед глазами я видела сосредоточенный алый взгляд парня, который совершенно не вязался с безмятежным тоном.
– Джиобами! – услышала крик Бохая, проваливаясь в спасительную темноту.
****
Бескрайнее маковое море трепещет под порывами сильного ветра. Я стою на границе поля и со смесью любопытства и опаски любуюсь коварным цветком. Неподалеку от меня - белокожая девочка с длинными серыми волосами срезает серпом бутоны цветов. Её серое платье не скрывает босых ног, и я представила каково той стоять на колючем сухостое. Осторожно подхожу к неизвестной и еле слышно окликаю:
– Эй…
Та оглядывается, и я отступаю, обескураженная цветом глаз незнакомки: ярко-алый и пронзительно-голубой. Разного цвета радужки прицельно смотрят на меня. Слишком пугающий взгляд на детском лице. Девочка заметила мое смятение и сорвала один цветок. Я уже было подумала, что она отдаст его мне, но та разделила цветок на две части. Стебель безжизненно повис во второй ладони незнакомки, а бутон она протянула мне. Я медленно забираю и машинально поглаживаю бархатные лепестки мака. Они тоньше и прозрачнее, чем у розы или пиона. Как такой невинный цветок может таить в себе такую силу, затмевавшую оборотням разум и здравый смысл?
– Спасибо,– вежливо благодарю неизвестную. – А почему не целый? – не удержалась от вопроса.
– Дурман и красота - тебе, а сила и гибкость принадлежат другому,– отвечает девочка.
