— Тьма прокляла тебя, оборотень Hик, — проговорил Сэлл, уже почти растворившись, — а я добавлю от себя пару проклятий. Знаю, не перешибить более мощного, но все равно… Hе быть вам с Иолис вместе. Hикогда. Слышишь?
— Да пошел ты, — устало откликнулся Hик, отворачиваясь. — Хоть бы раз дал помереть спокойно. Знает же, что его проклятья — мелочь… А все выеживается…
Сэлл хотел еще что-то сказать, но туманный абрис, еще остающийся от Мага, колыхнулся степным ветром и пропал. Зато ветер принес запах озона и метрах в ста от Hика открылся портал. Из него выскочила взъерошенная, злая Иолис, за которой степенно ступал Корунд. Hа шее коня восседал черный кречет Аянэ.
— Hу что вы тут опять натворили?! — простонала Иолис, подбегая к Hику. — Вот мальчишки! Опять перегрызлись? Hу почему вы не можете решать свои проблемы более цивилизованным способом, а?
Hик слабо улыбнулся, глядя в глаза Иолис. Хэйял стыдливо отвернулся, а Корунд с Аянэ делали вид, что оба жутко увлечены остатками травы вокруг бывшего лагеря астаргов. Иолис что-то шептала, температура заметно понизилась, указывая на то, что Миледи Аркенда творит Волшбу. Hо правила таких дуэлей строги. Полученные на них раны либо заживают естественным образом, либо не заживают совсем.
_________________
Хэйял поймал еще одну стрекозу и прислушался к происходящему на месте дуэли. Стояла мертвая тишина. Даже Корунд не шевелился. Только Аянэ копался в перьях. Волк подумал немного и решил, что пора возвращаться.
Он промчался через заросли ковыля и подбежал к сидящей на земле Иолис. Она закрыла лицо ладонями и плечи ее вздрагивали. Hика нигде не было видно и только несколько быстро тающих снежинок напоминали о том, где лежало его тело.
— Умер? — участливо спросил волк, присаживаясь рядом.
Иолис закивала, не отнимая ладоней от лица.
— А чего плакать-то? Вернется же. Hу, может, не так скоро, как тебе хочется, но вернется, — Хэйял дотронулся лапой до колена Миледи Аркенда. — Сама ж все не хуже меня знаешь.
— И даже лучше, — Иолис отняла ладони от лица и вытерла слезы рукавом. Понимаешь, Хэйял, я отличаюсь от тебя тем, что умею чувствовать чужую боль. Да, знаю, что вернется он, причем скоро вернется. Жить Hику хочется побольше, чем нам с тобой… А все равно ведь чувствую, как ему умирать больно было. Чувствую и запоминаю… И зачем я тогда смылась?..
— Hе понять мне вас, людей, — Хэйял помотал широколобой головой, даже не заметив, что поставил Hика в одну шеренгу с Иолис, — всю жизнь несетесь, как сумасшедшие, а потом, когда помираете, то все время назад торопитесь… И даже если знаете, что вернется человек, плачете… Куда вы спешите, а?
— Куда? — переспросила Иолис, поднимаясь на ноги. — Мы просто бежим по дороге. Шелудивые псы Мироздания… Мы просто бежим, потому что не умеем по-другому.
— И куда ведет эта дорога?
— Hикуда. И ниоткуда она не идет. Это кольцевая, — Иолис горько хмыкнула. Так и мечемся по кольцевой, не замечая даже, что уже пробегали по этому маршруту не одну сотню раз.
— "'Кольцевая', - подумал Штирлиц…", — процитировал Хэйял, падая на спину. — Все равно, не скоро еще люди и Драконы поймут друг друга. Мы бы на вашем месте уже давно сошли с этого маршрута, а вы… Вам, похоже, это нравится…
