Ник проверил, как ходят клинки в ножнах и опять всмотрелся в горизонт. Не нравилось ему шевеление там. Да и предчувствия были нехорошие. Против толпы никакое мастерство не спасет, а Магия сейчас была плохим помощником.
Хотя от встречи с кочевниками была одна польза — можно было бы выяснить, где находишься. В разных княжествах Лильена жили разные племена, которые редко пересекали границы. Хоть они и не признавали ничьей власти, но все-таки предпочитали не лезть на чужие территории.
Ник поежился, словно холодный ветер подул, хотя солнце палило все так же нещадно. Предчувствия были самые мерзкие.
Из ковыля вынырнула довольная морда Хэйяла.
— Эй, перекидывайся волком! — заорал зверь Нику, кувыркаясь через голову. Побегаем по травке! Тут так здорово! Похоже, настоящие диллийские степи! Не чета висконским!
— Много ты понимаешь, — огрызнулся Ник. — Я тебе давно сказал, что волком пока не хочу оборачиваться! Тем более сейчас во мне Магии — с гулькин нос или твой умишко, что одно и то же! Один остаться хочешь?
— Э, да что мне одиночество, когда Буян все равно тут будет! — Хэйял тявкнул на коня и опять скрылся в ковылях. Ник покачал головой. Дракон Арредд, который здесь был всего лишь говорящим волком Хэйялом, был старше Ника на пару тысяч лет, если не больше, но беспечности в нем было столько же, сколько в малолетке, едва выбравшемся из яйца. Хэйял почему-то не считал нужным быть степенным и мудрым. Ему больше нравилось в волчьем образе носиться по полям, тявкать на стрекоз и гоняться за молодыми волчицами. А когда под боком не оказывалось волчицы, то и на псарню мог заглянуть. Ник всегда ощущал себя старше и умнее, хотя понимал, что этого быть не может. Бессмертные вообще редко замечали разницу в возрасте, потому что через полтысячи лет уже перестаешь видеть кто старше, а кто младше. Время уравнивает всех. Только опыт остается разный. За плечами Арредда была беспечная жизнь в качестве стража ворот княжеского Замка, у Ника же был опыт боли и проклятья, который научил его жить осторожно, с оглядкой и совершенно выбил из головы юношескую дурь и беспечность. Сейчас оборотень жалел о том, что почти и не успел пожить в свое удовольствие, но в то же время понимал — нынешняя жизнь стоила любой другой. И пусть боль, смерть, страх, проклятье шли за ним по пятам, Ник не жалел ни об одной минуте этой сумасшедшей, им самим выбранной жизни.
— Конники!!! — ворвался в мысли оборотня истошный вопль Хэйяла. Кочевники!!! Диллийские астарги!
— Астарги? — Ник нахмурился и вгляделся в горизонт, где уже достаточно четко виднелся отряд конников человек в сорок. — Кочевники с предгорий… Значит, Диллия. Похоже, что мы почти к самым горам Змей подобрались… — оборотень покосился на идущего у стремени волка и усмехнулся. Хэйял резко изменился. От былой беспечности не осталось и следа. Он уже чуял схватку и страшно щерил белоснежные клыки. Уши прижались к голове, походка стала не расхлябанной, а мягкой, страшной, пружинистой. Было видно, что волк готов нападать.
— Хэйял, — Ник остановил Буяна и перегнулся из седла, коснувшись рукой шкуры волка, — не лезь в драку. Заляг в степи. Мало будет пользы, если тебя подстрелят или на копье наденут. Ты мне потом понадобишься. Живой. Понял?
Хэйял обиженно взглянул на оборотня, но, стряхнув руку со своей спины, потрусил в степь, моментально исчезнув среди волнующегося моря ковыля. Казалось бы невозможно черному волку скрыться среди этой светлой суши, но факт оставался фактом — зверь исчез, словно и не было.
Тем временем конники домчались до Ника и осадили коней в нескольких метрах от него. Разгоряченные скачкой кони взбрыкивали и храпели, но умелые всадники сдерживали животных, не давая им вставать на дыбы. Оборотень мрачно смотрел на астаргов — грозу диллийских степей. Это были невысокие, кряжистые люди, облаченные в кожаные жилеты, брюки и мягкие туфли. Седла у всех были с удивительно высокими луками, а стремена — всего лишь мягкими ременными петлями. Ник усмехнулся по своему обычаю краешком губ, замечая, что его ненавязчиво так берут в кольцо. Буян мог, конечно, смести с пути любую из степных мохноногих лошадок, но рисковать здоровьем коня оборотень не хотел.
У одного из астаргов за плечами болталось несколько конских хвостов, выдавая в нем старшего. Он-то и выехал на полшага вперед из четкого строя и остановился.
— Кто ты, путник? — сумрачно спросил он, глядя на Ника снизу вверх. Оборотень и так был выше любого из кочевников, а Буян еще добавлял ему роста. Хотя размах плеч и мускулатура Ника не впечатляли, любой хоть немного понимающий в ратном деле человек сообразил бы какая сила кроется в этом светловолосом, стройном парне. Умные люди и не лезли на рожон. Астарги же, судя по всему, к таким не относились.
