Николас инстинктивно попятился в сторону Лины, как бы защищая ее от отца.
- Ник, ты, и правда думаешь, что я смогу убить ее? - Воскликнул Самуил.
- Не знаю. - Буркнул тот, но от спящей девушки не отощел.
Отец встал из - за стола.
- Никогда, сын я не причиню ей боль. Память о Владе не позволит мне совершить это. Он отдал свою жизнь за эту девушку, я не имею права сделать его жертву напрасной. А еще она мне как родная, если ты помнишь - это дочь Кристины.
Воспоминания о самых неблаговидных его поступках заставили Николаса болезненно поморщиться.
- Что сказано о физических изменениях?
Самуил вновь обратился к книге:
- " Вамдарк внешне почти не меняется, лишь глаза его становятся ярче, светлее обычного и светятся как у вампира на охоте. Так же прорезаются клыки снизу и сверху, но лицо остается таким же прекрасным, его не искажают черты зверя. Вамдарки красивее вампиров, для бессмертных они становятся яркой приманкой, кажутся восхитительными и соблазнительными. Вызывают невыносимое влечение, сродни болезненному. Ни один вампир не в силах бороться с чарами вамдарка".
- Я забираю ее к себе, пока она не научится управлять своими эмоциями. Будете навещать ее по очереди. Сколько у нас еще времени пока она проснется? - Спросила Фэй.
Самуил бросил взгляд на часы.
- Очень мало. Нужно связать ее и перенести в машину. Мы с Ником оставим тебе нашей крови, если она не сможет справляться с ломкой, которая у нее вот - вот начнется. Вся надежда на тебя Фэй.
Николас вдруг ударил себя по лбу.
- А ведь Лина может стать идеальным орудием против Антуана.
Все посмотрели на него и замолчали, словно вдумываясь в эти слова.
- Если правильно обучить и научить контролировать свою жажду, то можно направить ее силу в совсем иное русло. Она станет возможно единственным существом способным убить этого монстра.
Стрелка компаса дрожала, упорно показывая на север, окрашиваясь постепенно в темно синий цвет. Признак того, что поблизости оборотень.
