Регенерация у Софии и Эммы проходила разным образом. У первой все затягивалось быстро и почти безболезненно. А у второй затягивалось не меньше, чем за двадцать минут и очень болезненно. Возможно, из-за постоянной боли, глаза девушки потеряли хоть какую-то надежду в глазах.
Кристофер толкнул Джона, из-за чего тот чуть не упал на землю. Толпа кричала и требовала скорее поместить их в виде мишени. Остальные решали, кто же пойдет первым. Многие настаивали на Джоне из-за его «красивого личика». Эмма понимала – нужно тянуть время. Поэтому предложить свою кандидатуру. Но в ответ София лишь объявила:
– Раз Эмма так желает блеснуть смелостью, то она будет второй, – толпа разочарованно высказывалось. – Эмма будет во втором раунде, потому тогда будут более неопытные игроки.
Остальным понравилась идея, после сказанных последних слов. Как только Арнольд принес три одинаковых ножа, отошел в сторону к Софии. Остальные с замиранием сердца наблюдали за происходящим.
– Джон, если дернешься, то тебе же будет хуже, – сказала София, на что Джон плюнул рядом с ней. – Вот они, дикари! Они хотели убить вас и прожить жизни одни. Они хотели отправить вас в яму с кишащими существами! Теперь наш черед глумиться над ними!
Толпа жаждала смерти или жестокости – вот и пожалуйста. Все, как по заказу. Как только Генри взял нож, то моментально попал в цель, что находится выше головы, второй нож полетел в цель рядом с предплечьем, а третий немного дальше от Джона. Тот от неожиданности напряг дрожащее тело и замер, словно мумия, с одни выражением лица. Остальные лишь заразились хохотом от реакции Джона, кричали «так тебе и надо, лжец». После трех метаний, Кристофер собрал ножи.
Как только лезвие взяла София, она пальцем провела по металлу. Будто представляла, как оно ворвется в горло сводному брату. Но она не хотела этого по уже понятной причине. Первое лезвие пролетело мимо цели, на что остальные охнули от провала. София никогда не могла попасть с первого раза – об этом знали многие из компании. Второй и третий раз нож пролетел именно в место назначения.
Джон тяжело выдохнул, когда она попала в цель. С трудом он отошел от стены и его посадили рядом с Крисом. Теперь Арнольд собирал ножи.
На место, где стоял Джон, теперь привели Эмму. Чувство принятия возможного ранения уже расползалось по всему телу. Она пыталась скрыть тревогу и страх, ведь впервые за долгое время оказалась в таком большом количестве людей. Все кричали, желали ей смерти и говорили прочие гадости. Эмма старалась думать о другом – что в принципе ей надоело делать за все время в заточении.
Следующие три броска принадлежали волнующейся Глории, которая уже приготовилась сделать бросок. София заметила сразу ошибку в постановке рук и излишнюю напряженность участницы, подумав, что она сможет промазать и не попасть в цель. Рассекая воздух, лезвие ножа поместилось возле кожи Эммы, но при этом попадая в цель. Толпа завизжала от напряжения, как только по белоснежному предплечью спустилась ярко красная кровь. Глория еще сильнее напряглась от маленького провала, несмотря на то, что все-такие в цель она попала. Второй бросок не оказался в нужно цели, от чего она что-то буркнула себе под нос недовольное. И решающий третий нож оказался самым напряженным событием для остальных. Глория слишком долго настраивалась перед тем, как бросить. Тяжело вдохнув, она выпрямилась и метнула лезвие. Эмма не успела даже понять, что произошло. Если бы не внутренних страх, она бы давно отвернулась и сделала хоть что-то. Но закрыв глаза, как только Глория отправила нож, она почувствовала через несколько быстрых секунд пронизывающую боль. Глория попала, мягко говоря, не туда, что удивительно, ведь последняя цель легче остальных. Нож все продолжал красоваться в правом баку живота. Не были задеты органы, ведь Глория словно подцепила ножом за кожу, что тоже болезненно для Эммы.
Толпа возрадовалась, некоторые даже поднялись на ноги и безудержно захлопали в ладоши и кричали «да!» или «ура!», словно дети, увидевшие блистательное шоу. Каждый подбадривал Глорию, но никому не было дело до раненой девушки. Кровь Эмма заблестела еще больше на солнце, от чего остальные показывали пальцем в ее сторону. Девушка не могла вытащить нож и за нее это сделал Арнольд, когда собирал ножи. Никто не собирался ее лечить, просто оставили на том же самом месте со словами от Софии «если дёрнешься, то огребешь по полной, точно также, как ты получала в подвале».
Как только Анна приготовилась сделать рывок, остальные увидели то, что так надеялись не встретить. Несколько существ двигались в сторону толпы и издавали истошные звуки, похожие на плач. Некоторые из них передвигались быстрее, как обычный человек, а кто-то медлил. Их было всего лишь трое, а не как в яме – энное количество.
София и ее копания сильно напряглись, ведь не знали, что с этим делать.
– Вы же убили в прошлый раз, убьете и сейчас, – сказала София и принялась помогать тем, кто запнулся или не мог встать.
