Он хотел разорвать дистанцию и ударить чем-нибудь по площади. Плевать уже на окружающих. Нужно обезвредить противника, а последствия пусть расхлебывает начальство. Но убежать не получилось. Ростислав бежал, а удары не стихали. Боевой маг попытался бить в ответ, но ни разу не попал. Тогда он выхватил пистолет, но проклятый мальчишка, юркий, как мангуст, постоянно пропадал из поля его зрения, не переставая при этом бить, бить и бить. Неимоверным усилием сосредоточившись, Ростислав смог создать вокруг себя топь, но та, почему-то совсем не помогла — удары продолжали сыпаться десятками.
— Аррррррр! — раздался дикий рёв, и тело мага Земли покрылось каменным доспехом, а щит пропал.
В толстом каменном доспехе, покрытом длинными шипами и делающем его похожим на голема, Ростислав раскинул руки в стороны и стал крутиться, пытаясь ударить или схватить своего быстрого противника. В крайнем случае — насадить того на каменный шип. Глаза его видели, что топь появилась в радиусе двадцати метров вокруг него. Он просто не понимал, почему этот Максимилиан не упадёт в вязкую жижу, глубиной по грудь взрослого человека. Вокруг кричали люди, два бледных полицейских самоотверженно вытаскивали из грязной жижи упавших туда людей, а маг В-ранга, казалось, играет в какую-то странную игру с юношей. Он крутился, вертелся, махал руками, бил, но так и не смог ни разу попасть по второму участнику событий. Боевой маг зарычал ещё громче, застыл и… земля задрожала. На небольшом участке площади, с самого её края, там, где и происходил этот нелепый поединок, началось землетрясение. Ростислав решил пойти ва-банк и слил на это плетение три четверти остававшейся Силы. Ближайшие два здания заходили ходуном, криков и воплей прибавилось. Удары по броне прекратились, а мальчишки не было видно.
— Я — БОЕВОЙ МАГ! ПОНЯЛ, ЩЕНОК?!! — прокричал Ростислав и тут же почувствовал сильнейший удар по голове, а дальше наступила темнота…
— …А кто меня ударил? — спросил Ростислав Коршунов инспектора Третьей канцелярии.
— М… Балкон. — коротко ответил Лавочкин.
— Кто? — Ростиславу показалось, что он ослышался.
— Балкон, говорю. — повторил Вячеслав Валерьевич. — Обычный такой железобетонный балкон. С перилами. Вы там устроили знатную свистопляску с блэкджеком и ш… С настоящим землетрясением, в смысле. А два пострадавших от ваших действий здания были довольно старыми. Так вот, и на одном из них ветхий балкон просто упал вниз, прямо на вас. В результате чего вы и оказались тут — в клинике. Вы готовы отвечать на мои вопросы?
Ответом инспектору была тишина. Коршунов пораженно смотрел перед собой, а на лице его читалось удивление вкупе с диким стыдом.
— Меня вырубил балкон, какой бред. — наконец, прошептал клановый боевик.
Всем неплох броневик «Черкес», и броня у него хорошая, и проходимость высокая. При этом, ход у него достаточно мягкий. Плохо только, что вот кондиционера в нём нет. Зато печка есть. С такими мыслями Томас Олафссон попросил водителя включить печку в салоне и откинулся на низкую спинку диванчика. Поерзал спиной. О, а вот и еще одно неудобство!
— Как думаете, босс, Коршуновы капитулируют? — спросил начальника клановой СБ водитель.
— Наши аналитики утверждают, что да. Их Глава неплохо подходит для руководства кланом, но только в мирное время. А в военное… — Томас презрительно улыбнулся.
— Не зря наши предки настояли на том, чтобы во главе нашего клана всегда стояли именно бойцы, а не, как там сейчас говорят? Ах да! «Эффективные управленцы»!
— Босс, сейчас говорят — «эффективные менеджеры». — поправил начальство водитель.
— Да и плевать! Главную мысль ты понял. Верно же?
— Ага. О, а вон и Глава выходит! — с этими словами водитель выскочил из-за руля и открыл перед Харальдом Олафссоном тяжелую дверь.
Крупный, буквально излучающий силу и уверенность мужчина сел на диванчик салона бронеавтомобиля и скомандовал.
— Можем ехать.
— Как всё прошло? — с явным нетерпением спросил своего дядю Томас.
Харальд брезгливо скривился.
— Это просто слизняк! В который раз убеждаюсь, что наши отцы-основатели раз и навсегда выбрали верный путь для развития и процветания нашего клана. И не зря Глава в нашем клане — это всегда в первую очередь боец! Не то что в большинстве современных кланов. — на лице Харальда читалось чувство превосходства над побежденными Коршунами.
Томас и водитель понимающе переглянулись. Только что речь как раз шла о том же.
— Представляешь, сначала этот…этот… — наконец, Харальд Олафссон справился с эмоциями и продолжил без излишних оскорблений, но при первом же слове он снова скривился. — «Глава» первое время пытался играть этакого болвана, «нет никого проекта, что вы, вы заблуждаетесь», «я сам только недавно узнал о положении Максимилиана Коршунова», «просто перспективный юноша, его активы — это именно его активы, и мы не можем…». Тьфу!
— Подними стекло! — вдруг скомандовал он водителю, и салон от кабины водителя отделила звуконепроницаемая преграда.
