– Можешь что-нибудь сделать для него? – спросил Сумрак. – Это бы нам очень помогло.
– О, я могу стабилизировать его. Но сделаю это, чтобы помочь ему, а не тебе.
Тело Пендервилля было сплошным сумасшедшим мельтешением. Андреа опустилась рядом с ним на колени, положила ладони на лоб. Удивительно: они не погрузились, как ладони Джека. Она наклонилась, приблизив рот к тому месту, где должно быть ухо, и зашептала. Завороженный Фист смотрел не отрываясь. Интересно, насколько глубокий и необычный процесс он наблюдал?
Мельтешение унялось, смены обличий сделались медленнее и замедлялись до темпа музыки – медленной, мощной, затягивающей. Рот фетча все еще был распахнут в непрерывном крике, но лицо все дольше оставалось неизменным. Наконец Пендервилль стал почти целиком собой: человеком под тридцать, одетым в вакуумный скафандр без шлема.
Андреа завела руку за спину – и в ее пальцах оказалось перо. Она осторожно положила его в рот Пендервиллю. По его телу пробежала судорога, он залился криком, будто новорожденный младенец, замахал руками. Ладони Андреа сжали его щеки, она пристально глядела в его глаза.
– Тише, тише, – прошептала она. – Все хорошо. Ты теперь мертв. Ничто не может повредить тебе.
Она что-то тихо шептала ему, успокаивая, пока крики и стоны не сменились всхлипываниями, а затем жалобным бормотанием. Наконец он лег, скорчившись, а Андреа посмотрела на Джека и сказала: «Он готов». Затем снова посмотрела на Пендервилля и тихо сказала:
– Вставай, время пришло.
Она помогла ему подняться. Из-за скафандра он двигался неуклюже. Пендервилль отер слезы тяжелой перчаткой, размазав по щекам серую пыль.
– Это Джек, – представила Андреа. – Тебе нужно поговорить с ним.
Обращаясь к Джеку, она добавила:
– Мне нужно идти. Я работаю с Тотальностью, стабилизирую фетчей.
Ее крылья раскрылись, и показалось, что они закрыли все небо. Волной накатила музыка – резкая, пронзительная, – и все лучшее, что было у Джека с Андреа, вспыхнуло в памяти.
– Любимый, мы скоро встретимся, – пообещала она. – И с тобой, Фист.
– Это если у нас получится, – возразил Джек.
– Да боже мой, Джек, хватит уже прибедняться! – рассмеялась Андреа. – Разве я не просила тебя не копать слишком глубоко? Сам виноват.
Она подмигнула лукаво – точь-в-точь та, живая Андреа.
– Все будет в порядке. Я уверена.
И Андреа исчезла.
Джек не сразу пришел в себя. А когда очнулся, посмотрел на Пендервилля.
– Здравствуйте, я Джек Форстер. Давно хотел встретиться с вами.
Он помолчал немного, подыскивая слова, и наконец добавил:
– Мне очень жаль, что Ямата убила вас.
– Не стоит жалеть меня, – уныло ответил Пендервилль. – Я сам этого хотел. Но это ничего не изменило.
– Что с вами случилось? И почему? – спросил Джек.
Лицо Пендервилля исказилось болью, он задрожал, съежился. Он умер молодым, но теперь его волосы стали седыми, морщины избороздили щеки и лоб. Скафандр мешком висел на нем.
– Я был рад тому, что меня убили, – тоскливо и тихо выговорил он. – И знал, что мой фетч посадят в клетку. Я надеялся, что, по крайней мере, мне не придется думать об этом. Но я ошибался. Жаль, что никто так и не узнал.
– Никто не узнал о чем?
Пендервилль закрыл лицо руками и застонал.
– Расскажи нам, – мягко попросил Сумрак.
– Ну да, признайся, – вставила свое Заря. – Таким лучше поделиться, уж я-то знаю.
Уставившись в землю, Пендервилль мучительно выплевывал слова. Трудно было разобрать их, пропитанные тяжелым стыдом и болью.
– Я думал, это пустяк, – говорил он, всхлипывая. – Ямата солгала мне. Она сказала, что астероид ударит по заброшенной лунной базе. Все будет выглядеть так, будто Тотальность решила побряцать оружием. А Королевство использует инцидент, чтобы протолкнуть закон против Тотальности. Я не знал, что они нацелились на летний лагерь.
Джек ошарашенно уставился на Сумрака с Зарей.
– Нет, не может быть! – выдохнул он.
– Это правда, – запинаясь, выдавил Пендервилль. – Я сделал астероид невидимым для всех на Станции. Его увидели бы только после столкновения и ужаснулись бы. Они бы подумали, что Тотальность смогла так легко обойти всю защиту. Это я убил всех тех детей. Я позволил Королевству обвинить Тотальность и начать Войну программ. Но я бы все рассказал, если бы Ямата не убила меня.
– Ты знал об этом? – спросил Джек Сумрака.
– Нет, конечно! Откуда мне было знать? – возмутился тот. – Ужасно! Бедные дети…
– Да брось, – буркнул Джек и обратился к Пендервиллю: – Значит, Ямата направила астероид на Луну по приказу Королевства?
– Да. Я встретился с ней, когда все уже было подготовлено. Мне было страшно. Я не знал, что будет, если меня поймают. Она заверила, мол, все будет в порядке. План придумал Королевство, он все знает и одобряет.
– Раз вы узнали такое, они в любом случае убили бы вас после.
– Мы все – орудия богов. Когда они приказывают, мы должны подчиняться. Узнав, что дело затеял Королевство, я уже не мог отказаться. Он мой покровитель, я обязан ему всем.
– Нет, – сказал твердо Джек.
Он ступил к Пендервиллю и положил руку ему на плечо. На этот раз она не погрузилась в туман.
