Ник:
Девон: …
Ник:
Девон:
Девон:
Девон:
Девон:
Ник:
Девон:
Ник:
Девон:
Ник:
Девон:
Ник:
Девон:
Ник:
Глава 16
Девон живет к западу от реки, в паре улиц от франклинской старшей школы. Оказавшись в этом образцовом пригородном районе, от которого он так активно отбрыкивался, пока рос, Джей опять ощущает то зудящее, похожее на клаустрофобию чувство из детства. То ли из-за близости школы, которую все прошедшие после выпуска годы ему удавалось обходить стороной. То ли из-за того, что он идет на вечеринку к тинэйджерам.
Да. Наверное, из-за второго.
Когда Джей приходит, вечеринка уже набрала обороты. В доме полно детишек с красными стаканчиками спиртного в руках. В бассейне их еще больше. Грохочет музыка, и вокруг хаос. Джей замечает Ника у столика с чипсами и прочей едой. Когда Джей подходит, он выпрямляется. Его глаза уже слегка в кучку.
— Джей, привет! Ты пришел! Это круто!
Джей обычно не пьет — он предпочитает накуриваться, когда подворачивается такая возможность, — но когда Ник протягивает ему стакан с пивом, все же берет его, а потом задумывается, уж не свернул ли он не туда. Если он даже в школе не ходил на подобные вечеринки, то что он забыл тут сейчас?
Возможно ли в двадцать пять быть занудным брюзгой?
Тут Ник широко ему улыбается, и его слегка попускает.
Кое-кого из гостей Джей уже знает — они тоже работают в «Пицце Перфекто». Остальные же, судя по всему, бывшие одноклассники Ника и Девона. Слушая их, Джей понимает, что в школе Ник не был особенно популярен. Но все любят Девона и потому вроде как терпят его.
— Что это за чувак? — интересуется кто-то, когда Джей отходит, но еще недостаточно далеко. — Не может быть, чтобы Сталнекер шпилился с
Джей не думает, что Ник это услышал, но на всякий случай все равно приобнимает его, потому что пошли эти его одноклассники нахер.
Ник, морща нос, усмехается.
— Привет.
— Привет еще раз.
Ник фыркает. Громко и до нелепого мило.
Сердце вечеринки находится у бассейна, но большая компания собралась и в просторной гостиной. Над телевизором там висит огромная репродукция «Тайной вечери». Кто-то прилепил на лицо Иисусу черные пластмассовые очки.
— Бред! — восклицает Эбони, когда они приближаются.
— Что происходит? — интересуется Ник.
Эбони закатывает глаза.
— Они хотят поиграть в «Семь минут на небесах». Но мы ведь уже не школьники, а взрослые люди!
Кто-то из девушек строит гримасу.
— Эбони, это просто ради прикола!
— Прекрасно. — Эбони берет две чаши с бумажками, на которых написаны имена, вытряхивает содержимое первой в другую и перемешивает. — Теперь тоже хотите играть?
— Я не против, — говорит та же девушка, уперев руки в бедра.
Первыми выпадают имена Анны и Стефани. Они переглядываются, пожимают плечами и уходят в кладовку. Эбони ставит таймер. Кто-то начинает возбужденно хихикать, но Джей приблизительно представляет, что происходит за дверью кладовки, — ничего. Две девушки-натуралки просто стоят там и ждут, когда пройдет семь минут.
Хипстерский Иисус не выглядит впечатленным.
Ник берет Джея за руку и уводит в сторону кухни.
— Ты когда-нибудь играл в «Семь минут на небесах»?
— Нет. — Подобные игры были одной из главных причин, по которым Джей не ходил на школьные вечеринки. Принудительное взаимодействие со случайно выбранным человеком и, как бонус, возможное унижение? Спасибо, но нет. — Я редко посещал вечеринки.
— Серьезно? — Ник таращит глаза. — Но ты же такой секси!
— И занудный брюзга, — говорит ему Джей.
Ник усмехается и подталкивает Джея плечом.
— Не-е, чувак. Ты полный дзен. Типа существуешь в иной плоскости от всех нас. Мы бездушные потребители, а ты медитируешь на закате и постигаешь смысл бытия. Или его бессмысленность. Присяжные еще не определились.
Он балда. И за это Джей целует его.