- Не знаю, - признался Ленц. - Мне надо подумать. Но это мне кажется самым верным путем. Если у нас ничего не выйдет, можно вернуться к варианту Харрингтона - к широкой кампании в печати.
Харрингтон взглянул на часы довольно необычной формы и присвистнул:
- Боже правый, я забыл о времени! Официально я сейчас должен быть в Центральной обсерватории.
Кинг невольно заметил время которое показывали часы Харрингтона.
- Сейчас не может быть так поздно! - возразил он. Харрингтон удивленно посмотрел на него, потом рассмеялся.
- Конечно, здесь сейчас на два часа меньше! Но мои часы радиосинхронизированы с городскими часами в Вашингтоне, а там другой пояс.
- Вы сказали - "радиосинхронизированы"?
- Да. Остроумно, не правда ли? - Харрингтон показал свои часы. - Я называю их телехронометром. Это племянник придумал специально для меня. Голова парень! Он далеко пойдет. Конечно, - лицо его омрачилось, словно эта маленькая интерлюдия только подчеркнула весь ужас нависшей над ними угрозы,
- конечно, если кто- нибудь из нас останется в живых!
Вспыхнула сигнальная лампочка, на экране возникло лицо, Штейнке. Кинг выслушал его и сказал:
- Машина ждет вас, доктор Ленц.
- Пусть ею воспользуется капитан Харрингтон.
- Значит, вы не улетаете в Чикаго?
- Нет, Ситуация изменилась. Если вы не возражаете, я еще попытаюсь кое-что сделать.
В следующую пятницу, когда, Штейнке ввел Ленца в кабинет Кинга, тот встретил гостя чуть ли не с распростертыми объятиями:
- Откуда вы взялись, доктор? Я и не ждал вас раньше чем через час-два.
- Только что прибыл. Чтобы не ждать, я нанял машину.
- Что-нибудь удалось?
- Ничего. Они - твердят свое: "Независимые эксперты утверждают, что расчеты Дестрея безупречны, а потому компания не потерпит истерических настроений среди своих служащих".
Кинг забарабанил по столу, уставившись в пространство. Потом он круто повернулся к Ленцу и сказал:
- А вы не считаете, что президент компании прав?
- Что вы имеете в виду?
- Может быть, мы все трое - вы, я и Харрингтон - попросту заработались и свихнулись?
- Исключено.
- Вы уверены?
- Абсолютно. Я нашел других "независимых" экспертов, которые не работают на компанию, и дал им проверить расчеты Харрингтона. Все сходится.
Ленц не стал упоминать о том, что устроил эту проверку отчасти потому, что не был до конца уверен в здравом смысле самого генерал-директора.
Кинг резко наклонился и нажал кнопку.
- Сделаем еще одну попытку, - объяснил он. - Посмотрим, удастся мне напугать этого болвана Диксона или нет. Штейнке! Соедините меня с мистером Диксоном.
- Слушаюсь, сэр.
Минуты через две экран видеофона ожил, и на нем возникла физиономия президента компании Диксона. Он был не у себя, а в зале совета директоров энергетической компании в Джерси-Сити.
- Да! - сказал Диксон. - Это вы, генерал-директор?
Голос его был одновременно ворчлив и добродушен.
- Мистер Диксон, - начал Кинг. - Я потревожил вас, чтобы объяснить вам всю серьезность действий компании: Моя репутация ученого позволяет мне утверждать, что Харрингтон полностью доказал...
- Ах, вы об этом? Мистер Кинг, я думал, вы поняли, что с этим уже покончено.
- Но, мистер Диксон...
- Прошу вас, генерал-директор! Если бы действительно было хоть какое-то основание для опасений, неужели бы я колебался? Знаете ли, у меня самого есть дети и внуки...
- Именно потому...
- Именно потому мы стараемся вести дела компании так, чтобы избегать ненужного риска и приносить пользу обществу. Но у нас, кроме того, есть и ответственность. Сотни и тысячи вкладчиков - рассчитывают на приличные дивиденды.
- Я приму это к сведению, мистер президент! - процедил Кинг ледяным голосом.
- Бросьте, мистер Кинг, не обижайтесь. Кстати, хорошо, что вы меня вызвали. Только что закончилось специальное заседание совета. Мы решили дать вам возможность выйти в отставку - разумеется, с сохранением полного оклада.
- Я не подавал в отставку!
- Знаю, мистер Кинг! Однако совет решил, что вы...
- Понимаю. Прощайте!
Кинг выключил экран и повернулся к Ленцу.
- "С сохранением полного оклада"! - процитировал он. - Я могу теперь жить безбедно до конца моих дней и наслаждаться жизнью, как в морге!
- Совершенно верно, - согласился Ленц. - Ну что ж, испробовали этот путь. Полагаю, теперь можно позвонить Харрингтону. Пусть попробует чего-нибудь добиться через печать и наших политиканов.
- Да, пусть попробует, - повторил Кинг с отсутствующим видом. - Вы возвращаетесь в Чикаго?
- Нет, - пробормотал Ленц. - Нет. Я, пожалуй, полечу прямо в Лос-Анджелес, а оттуда на вечерней ракете махну прямо к антиподам.
Кинг посмотрел на него с удивлением, но промолчал.
- Я сделал здесь все, что мог, - ответил Ленц на его невысказанный вопрос. - И я предпочитаю быть живым пастухом в Австралии, чем мертвым психиатром в Чикаго.
Кинг яростно закивал головой:
- Прямой смысл! За два пенса я готов остановить этот чертов реактор и последовать за вами!
