Взяв трубку телефона, Кирпонос позвонил в свою приёмную и приказал ввести немца. Только он положил трубку телефона, как открылась дверь, и в его кабинет снова вошел немецкий майор.
— Я согласен с этим предложением, надеюсь письменного подтверждения от меня вам не требуется?
— Ни как нет, господин командующий, достаточно вашего слова.
— Это хорошо, и запомните майор, стоит вам только нарушить это соглашение, как веры вам после этого будет ни на грош. И вот ещё что, узнаем, что вы убиваете наших раненых и соглашению конец. Кстати, ваш русский очень хорош, только едва уловимый акцент.
— Благодарю господин командующий, я родился и вырос в Царицине и лишь революция заставила мою семью вернуться на родину предков. Я передам господину генерал-фельдмаршалу ваши слова и надеюсь, что недоразумений по этому поводу не случиться.
— Я тоже очень на это надеюсь, сейчас вас доставят обратно.
Отдав русскому командующему честь, майор Райтер чётко развернулся и вышел из его кабинета. Честно говоря он был рад, что его миссия удалась и русские согласились на предложение фон Рундштедта. Прямо из приёмной русского генерала его повели сразу на выход из здания штаба, там же его уже ждал штабс-ефрейтор. Снова сев в машину тем же образом, они поехали назад к линии фронта. Приехали они только под вечер, счастливо избежав бомбёжек, там штабс-ефрейтор снова взял шест с белым флагом и принялся им энергично размахивать, привлекая внимание камрадов. Только когда над немецкими окопами появился шест с белой тряпкой, майор Райтер вместе с штабс-ефрейтором, державшим шест с белым флагом, двинулся назад к своим войскам. Они благополучно пересекли нейтральную полосу и скрылись в окопах, после чего майора проводили к землянке командира батальона, где его уже ожидал шикарный ужин с деликатесами и французскими винами.
— Рад вас снова видеть господин майор целым и невредимым, как ваша миссия?
— Благодарю вас господин майор, всё прошло удачно, русские согласились и задание господина генерал-фельдмаршала выполнено.
— Я очень рад, что у вас получилось, а то честно говоря в последнее время было страшно получить ранение. Это уже была настоящая лотерея, доедешь ты благополучно до госпиталя или нет, да и в самом госпитале тоже еще неизвестно останешься ты жив или нет.
Отдав должное отличному ужину, майор Райтер переночевал в батальоне, решив не ехать на ночь глядя, и утром следующего дня, после завтрака, вместе с тыловой колонной, которую сопровождала внушительная охрана, двинулся в штаб фронта. Ему повезло, колона дошла без малейшего происшествия, хотя в последнее время значительно участились случаи нападения русских не только на тыловые колоны, но и на проходившие строевые части. Наконец благополучно прибыв в штаб армии уже во второй половине дня, майор Райтер немедленно доложил о своём прибытии и спустя небольшое время уже заходил в кабинет командующего.
— Рад вас снова видеть майор живым и невредимым, надеюсь у вас для меня хорошие новости.
— Так точно господин командующий, русские согласились, только предупредили, что если мы нарушим это соглашение, то веры нам больше не будет.
— Это хорошие новости майор, я немедленно отдам приказ на категорический запрет обстрела русских медиков.
— Господин генерал-фельдмаршал, русский командующий ещё предупредил, что если мы будем убивать их раненых попавших к нам, то соглашению конец.
— Благодарю вас майор, вы свободны.
Майор Райтер вышел, а фон Рундштедт стал отдавать приказы. Не все немецкие офицеры были согласны с ним, но дисциплина обязывала их безоговорочно их выполнять, но были и те, кто поддержал такой приказ командующего, зато уже на следующее утро не было ни одного сообщения об обстреле или уничтожении госпиталя или санитарной колоны.
