Я смотрел на немцев из своего командирского бронетранспортёра, стоя в кузове. На моей голове, поверх пилотки были надеты наушники, которые были подключены к рации ближней связи. В бронетранспортере было две рации, для дальней и ближней связи, вот через ближнюю, я и командовал своим батальоном. Мои Маркони уже давно настроили все рации между собой, так что связь была в каждом подразделении, не хуже чем у немцев. Пилотка совсем не мешала наушникам, я и одет был не в командирскую форму. Которую видно за километр, а в обычную красноармейскую, но с командирскими петлицами, в который была сиротливая шпала. В штабе я разумеется ходил в обычной командирской форме, а то разные ревнители устава проходу не дадут, как будто именно из-за этого наша армия пятится назад, а не наступает. Зачем попусту дразнить гусей, тут их нет, вот я и переоделся в солдатскую форму сразу, как получил приказ из штаба выдвигаться к немецкому прорыву. Кстати я и своих командиров заставил это сделать, благо формы хватало, на брошенных складах хорошо затарились. Вначале конечно они попробовали встать в позу, но я не став особо всё расписывать, просто велел двум бойцам отойти метров на двести от нас, а перед этим одному бойцу переодеться в командирскую форму. Затем просто взял винтовку, правда перед этим на всякий случай убедившись, что она не заряжена, а то всякое бывает, а получить несчастный случай на голом месте, я не имел ни малейшего желания. После этого я велел всем командирам, что начали роптать, просто посмотреть на этих бойцов через прицел винтовки. Проняло всех, когда они представили себя на месте бойца в командирской форме. Потери среди командного состава были большими, все об этом знали, а тут я им наглядно показал одну из причин, почему это происходит. Политрук Голиков правда даже после этого был недоволен, но я его ещё ранее предупреждал, когда только он вступал на должность, что тут как на корабле, мой приказ не обсуждается, а выполняется, а все несогласные пулей вылетают со своих должностей. Но преимущество моего приказа уже успели оценить, хотя и так потерь у меня было очень мало, а тут и вовсе потери среди командного состава прекратились.
