Креонт приходит из Фив для того, чтобы убедить Эдипа вернуться, после того как он узнал о пророчестве: на город, который примет тело Эдипа, сойдет вечный мир. Но старый Эдип с негодованием отвергает дерзкие обвинения, которые Креонт бросает ему в лицо:

Затем, родившись, бедственный подвижник,Отца я встретил – и убил, не зная,Ни что творю я, ни над кем творю;И ты меня коришь невольным делом!Затем тот брак… и ты не устыдилсяСестры родной несчастье разглашатьИ вырывать из уст моих признаньеЕе позора![66]И мы не знали; и родному сынуСебе на срам детей ты родила!

А затем он восклицает о своем отце:

…когда б тебя —Вот здесь, вот ныне враг убить задумал, —Выпытывать ты стал бы, кто такой он,И не отец ли он тебе – иль быстроМечом удар предупредил меча?Я думаю, коль жизнь тебе мила,Ты б дело сделал, а вопрос о правеТы отложил до лучшей бы поры.

Совершенно ясно, что Эдип понимает свою ответственность, несет на себе ее груз. Но он настаивает на том, что тонкое взаимодействие факторов как сознательного, так и бессознательного характера (как бы их назвали) делает любые попытки возложить вину за содеянное на него, основываясь на каких-то «юридических» или фарисейских соображениях, некорректными и неправильными. Трюизмом еще со времен Фрейда стало утверждение, что вина заключается не в деянии, вина находится в сердце, о чем через четыреста лет после написания Софоклом своей драмы говорил Иисус. В драме утверждается, что грехи подлости, алчности и непочтительности Креонта и Полиника «не менее серьезны, чем грехи страсти, за которые был наказан Эдип; что, осуждая их, предсказывая, что вскоре на них сойдет безжалостное правосудие, Эдип поступает в полном согласии с моральными законами, которые он познал на своем собственном опыте»[67].

Гневными и страстными словами Эдип отвергает коварное предложение Креонта, нынешнего диктатора Фив, который пытается вернуть изгнанного короля, взяв Антигону в качестве заложницы. К счастью, правитель Афин Тесей появляется вовремя и посылает войско на перехват Креонта, чтобы вернуть Антигону обратно в рощу Колона.

Данный миф в действительности подводит к тому же выводу, на который обращают особое внимание современные экзистенциальные психотерапевты. Он заключается в том, что чувство вины возникает из подобного рода взаимодействия сознательных и бессознательных факторов, а также из-за невозможности легализировать вину – мы оказываемся вынуждены принять такую универсальную человеческую ситуацию и согласиться с ней. Тем самым мы все признаем свое соучастие в бесчеловечности по отношению к человеку. Поэтому обращенные к Эдипу слова героя – царя Тесея, который не выказывает существования в себе никакого внутреннего конфликта, являются горькой, но вечной и важной истиной:

И сам чужим я вырос на чужбинеКак ты, я смертен, и тебя не болеУверен в счастье завтрашнего дня.

Другая тема этой объединяющей драмы – это обретенная Эдипом (после того как он прошел через все эти ужасные испытания и примирился со случившимся) способность приносить благодать. Как он говорит афинянам, пришедшим в рощу Колона, чтобы увидеть его и его дочь:

Я освящен и просветлен страданьем,И счастлив будет мой приход для вас.

Тесей соглашается с этим, говоря: «Твое присутствие, как ты сказал, – это великий дар». Эта способность даровать благость связана со зрелостью, другими эмоциональными и духовными качествами, которые Эдип приобрел в результате своего мужественного противостояния всем превратностям. Он возглашает:

Суть не в числе: и одного довольно,Когда полно в нем сердце благочестья.

Но существует также четкий символический элемент, безошибочно указывающий на эту его способность: оракул возгласил, что тело Эдипа после смерти обеспечит победы той стране и тому правителю, которые будут обладать им. Простого присутствия его тела будет для этого достаточно[68].

Перейти на страницу:

Все книги серии Мастера психологии

Похожие книги