Взывая к мифу полностью

По всему этому и само одиночество, и попытки его отрицания или бегства от него являются столь важными американскими мифами. Дети имеют возможность избежать одиночества, надолго уставившись в экран телевизора, подростки – с помощью бесконечных вечеринок, эпизодического и беспорядочного секса, а те, кто уже достиг среднего возраста, подавляют одиночество, предаваясь веселой карусели браков и разводов. Именно поэтому для американцев так важны группы встреч: любой может объявить о создании новой «группы роста», и люди, как мотыльки, полетят на свет этой «группы» для того, чтобы познать новые истины о способах того, как надо жить и спонтанно любить, совершенно не обращая внимания на противоречие в самой этой формулировке – между словами «способ» и «спонтанно» (или «техника спонтанности»). Все это следствия нашего воспитания в духе мифов, в которых Плимутская скала подсознательно приравнивается к земному раю, а передний край Дикого Запада – к месту, где нас всех ждет феерический успех. И нам сегодня нечем этим мифы заменить – только повторением всех старых и в действительности более неактуальных заклинаний.

С самого начала мы – первые американцы – стремились на запад, в этом движении открывая для себя что-то новое. Мы давали нашим штатам названия Новый Йорк, Новая Мексика (New York, New Mexico). Нас всегда манил миф о новизне. Мы верили, что Бог будет нам благоволить, так как наши охотники и живущие на переднем крае колонисты, наши искатели и рудокопы каждый день делали новые открытия. А буйная, пышная природа звала и ожидала нас повсюду, куда бы мы ни направили свои стопы. В горах нам позднее было суждено открыть залежи разных руд, леса на склонах холмов представляли собой неиссякаемый источник древесины, а верхом всего стало открытие в 1849 году в Калифорнии месторождений золота. Неудивительно поэтому, что мы в Америке просто без ума от всяческих новых технологий. Один тип компьютеров вытесняется с рынка с изобретением другого; любой новый бренд аспирина или витаминов расхватывается с ненасытным аппетитом. Распространение различных новых религиозных течений, сект, появление новых гуру, чем особо выделяется американский запад, – это проявление стремления к новым религиям, новым представлениям о том, как следует жить, о том, где следует искать новые небеса и новые способы этих небес достичь. Все это объединяется в выражении «новая эра» (New Age).

Все это помогает понять, почему различные течения в психотерапии не просто прижились в Новом Свете, но и приобрели прямо-таки безумное распространение – в отличие по большей части от академического интереса, возникшего к ним в Европе. Хотя самые первые школы психоанализа – школы последователей Фрейда, Адлера, Юнга, Ранка, Райха – возникли именно в Европе. И даже представители новых направлений, развитых такими деятелями, как Хорни, Фромм, Александер, Фромм-Райхманн и другие, также оказались на берегах Нового Света как эмиссары из Европы. Как же жадно мы впитывали в себя эти новые подходы к психотерапии! Как ни посмотри, мы всегда хотели чего-то нового.

В области психоанализа все это вылилось в миф об изменении самого себя: мы, американцы, должны найти в себе нового человека, новый набор ожиданий. Наиболее важное последствие этого мифа состоит в том, что типичный американец обращается к психоаналитику не для того, чтобы «излечиться», а для того, чтобы найти и обрести новую жизнь, для того, чтобы изменить свою жизнь, чтобы жить иначе.

Изменение – сакральное слово в Америке: мы не только верим, мы молимся на них и поклоняемся им. Мы ощущаем, что это – о нас. И мы увидим, что это – суть неколебимой веры Гэтсби в свою способность побороть свой акцент, изменить свое имя, буквально заново изобрести самого себя. Де Токвиль видел это очень четко:

У американца просто нет времени для того, чтобы крепко к чему-то привязаться, он вырастает привыкшим к постоянным изменениям и до своего конца считает это чем-то естественным для человека. Он ощущает необходимость этого, более того, он без ума от этого; нестабильность – как ему кажется – вместо того, чтобы означать бедствие, порождает для него только чудеса.