— Прости, забыл. В последнее время столько всего произошло. — Гарри откинулся на кровати, удобнее располагаясь на подушке.
— Я заметил, — фыркнул в ответ Кент.
— Хотелось бы просто пожить как нормальный школьник, но не судьба.
— В Неверморе? Как нормальный? — Кент иронично хмыкнул. — А жареных гвоздей не хочешь?
— Что?
— Я спросил: жареных гвоздей не хочешь? — Слыша молчание с другой кровати, Кент горестно вздохнул: — Ты чё, англичанин, «Черепашек-ниндзя» не смотрел?
— Вообще-то смотрел, но не помню такой фразы.
Гарри действительно видел этот мультсериал в детстве. Тогда они с Дадли ещё не ходили в школу, проводя основное время перед телевизором. Эти часы, когда они вдвоём с упоением смотрели очередное кино, были для него одними из самых счастливых за всю жизнь у Дурслей. А «Черепашки-ниндзя» запомнились ему тем, что, насмотревшись, его кузен всё время гонялся за ним с целью отработать парочку приёмов самодельными мечами или купленными родителями нунчаками.
— Всё с тобой ясно, ньюфаг, — махнул рукой Кент. — Это из старой версии бородатых годов — восьмидесятых или девяностых. Да как можно не знать этот мем?!
— Что такое мем?
— О-о-о, — протянул Кент, а потом неожиданно замолчал, чтобы через пару секунд с подозрением спросить: — Ты меня троллишь что ли?
— Не троллю. — Это слово Гарри знал, правда, сам не понимал откуда, но смысл был понятен даже ему.
Дальше Кент рассказывал Гарри о культуре смешных картинок с подписями. Они проболтали достаточно долго, и последнее, что Гарри запомнил, — это рассказ о какой-то там игре, где были трон, крипы, которые давали золото, и куча героев со своими способностями. Затем рассказ Кента сбился и оба не заметили, как уснули.
***
Утро, на удивление, оказалось весьма неплохим: светило солнце, пели птицы, всё вроде бы было хорошо. Но Гарри чувствовал, что что-то должно было произойти. Да, он не мог, как Уэнсдей, видеть будущее напрямую, но его чуйка на неприятности всегда была остра. Вряд ли этот день будет обычным — в этом он был уверен на все сто процентов.
Ближе к обеду Уэнсдей поймала Гарри в коридоре школы и рассказала, что проследила за Ксавьером, который на берегу реки встречался с доктором Кимботт. Судя по словам подруги, Ксавьер вёл себя крайне подозрительно и нервно.
— Я уверена, что Кимботт и Ксавьер — убийцы, — подытожила она.
— А я нет, — устало вздохнул Гарри. Его немного напрягало поведение подруги. Уэнсдей, по его собственным ощущениям, совершала ту же самую ошибку, что и он сам на первом курсе Хогвартса, когда пытался обвинить Снейпа в попытке похищения Философского камня.
— В комнате Лорал Гейтс стояли те же самые розы, что и Кимботт принесла Юджину…
— Послушай! — не выдержав, повысил голос Гарри. На них тут же обернулись проходящие мимо ученики, и он утих. — Розы — не доказательство. Их мог принести кто угодно, в Джерико всего один цветочный магазин.
— Этим утром Ксавьер встречался с Кимботт. Он нервничал и не хотел меня слушать, — настаивала на своём подруга, пристально рассматривая Гарри.
— Кент говорил, что у Ксавьера были большие проблемы с психикой и тот, как и ты сейчас, приходил к психиатру на лечение. После того как ты раз десять намекнула ему, что он убийца, думаю, у него снова могло перемкнуть в голове. Да и к Кимботт ходит почти половина Невермора, тогда и их запишем в подозреваемые?
— Почему ты пытаешься меня разубедить и встать на их сторону? — недовольно пробурчала Уэнсдей.
— Потому что я не хочу, чтобы невинные люди пострадали. А ты не в состоянии смотреть на вещи объективно, — как ему казалось, справедливо заметил Гарри.
— Я? — удивлённо спросила Аддамс. Её ещё ни разу в жизни не обвиняли в отсутствии объективности.
— Ты. Психиатр тебе не нравилась с самого начала, как и Ксавьер. И сейчас ты упорно пытаешься доказать, что они убийцы, не имея ни одного прямого доказательства. Уэнсдей, так нельзя.
— С каких пор ты решаешь, что можно, а что нет? В любом случае я всегда объективна и непредвзята. Зря я вообще к тебе подошла. — Она развернулась и пошла к лестнице, ведущей к кабинету директора.
— Уэнсдей, это ошибка! — крикнул Гарри ей вслед, но подруга даже не повернулась, продолжая идти вперёд.
Гарри проводил её взглядом и задумался, зачем вообще Уэнсдей рассказывать ему о своих домыслах. Наверное, ей просто хотелось с кем-то поделиться. Раньше для этого была Инид, но та всё ещё не простила свою подругу, намереваясь показать, насколько Уэнсдей обидела ту своим поведением.
***
В следующий раз они пересеклись уже в Weathervane. Гарри иногда заглядывал в городок прогуляться или посидеть в кафе. На этот раз место, где сидели когда-то Сириус и Гарри, заняли Уэнсдей и Фестер. Он подумал, что верхом глупости будет приходить в людное место, когда ты в розыске, но, может, он чего-то не понимал?
Фестер приветливо замахал ему рукой и пригласил присесть к ним. На столе находились две кружки с недопитым кофе и раскрытый на странице с хайдом дневник Фолкнера. Уэнсдей старалась не смотреть на Гарри, будучи всё ещё обиженной на их прошлый разговор.
