Моё сердце радостно плясало. Сегодня светило солнце, погода была прекрасной… это определённо потрясающий день. Я наконец выберусь на улицу и полной грудью вдохну свежий воздух. Я не мог дождаться, когда мы вернёмся на наш холм, ляжем в траву и будем наслаждаться лёгким ветром, который накроет нас ближе к вечеру.
- И что это? – спросил я, изображая привлекательную, как я надеялся, улыбку. Не сомневаюсь, что выглядел я помято. Я даже не успел посмотреть в зеркало перед тем, как открыть дверь. И, боже, не почистил зубы…
- Ничего, потом увидишь. Это кое-что особенное. Надеюсь, тебе понравится.
Я уверен, что понравится, Бэтмен, я уверен.
- Круто.
- А ещё я упаковал вещи.
Ах, это, ну да.
Что?! Блять, нет.
Чёрт возьми, не может быть. Восемь дней. Нет, это нечестно. Осталась одна грёбаная неделя. Одна неделя на то, чтобы утонуть в безграничной любви к нему, ведь это всё, что я мог в своём положении. Вынырнуть наружу, сделать глоток воздуха, а потом снова пойти ко дну, потому что эти жалкие восемь дней уже тянули меня вниз.
После прекрасного завтрака с Джерардом, после ещё большего количества страстных объятий и счастливых улыбок, я был в состоянии думать только об одном.
Он провёл эти две недели, готовясь к тому, чтобы бросить меня. Вот, что действительно тянуло меня на дно.
До моего заключения мы ошивались в парке почти каждый вечер, и вот, сейчас мы снова направились туда – шли по пустынным переулкам к нашему холму. Это место стало для меня священным.
Довольно скоро мы повернули на такую же безлюдную улицу, прилегающую к парку. Я, конечно же, не посмел взять Джерарда за руку, когда мы переходили через дорогу, но такая мысль всё же мелькнула. Господи Иисусе, я становился таким приставучим.
Мне нужно было прикасаться к нему, чтобы чувствовать. Мне нужно было постоянное подтверждение его присутствия. Мне нужен был он сам. Иногда я задавался вопросом: было ли вызвано подобное состояние идеологией супергероев, которую он заложил в мою голову. Потому что я на самом деле почти ощущал себя Робином, нуждающимся в своём партнёре. В его защите, его любви, его словах. В его смехе и даже в его чёртовой привычке курить.
Я просто боялся представить, что со мной станет через неделю. И хотя я так долго находился один и ненавидел взаимодействовать с людьми, тайно я надеялся, что всё это время просто ждал нужного человека. Злость и обида жили во мне только из-за того, что я не мог найти этого человека. Но теперь он у меня был. И в то же время его у меня не было. Ну, или через несколько дней, не станет точно.
Чёрт бы его побрал!
- Ты в порядке? – спросил Джерард.
Конечно же, он наблюдал за тем, как я, нахмурившись и ссутулившись, сердито пинал камни на пути.
- Да, всё хорошо, - пробормотал я, начиная подниматься на холм первым.
Его защита… он всегда шёл позади меня, чтобы не дать мне упасть.
Блять.
Я мог только ругаться и проклинать весь белый свет, потому что остальные мысли уже давно сгорели и превратились в пепел. Ничего не оставив после себя.
Поднявшись на вершину, я не спешил садиться, для начала мне хотелось осмотреться. Я вдохнул полной грудью, наполняя лёгкие жизнью. Боже, как хорошо быть свободным.
Интересно, буду ли я возвращаться на холм, когда Джерард уедет. Я знал, что это причинит мне огромную боль, но было бы неплохо взобраться сюда одному и взглянуть на мир только своими глазами, чтобы разложить всё по полочкам и осмыслить собственную жизнь. Было бы здорово сидеть в тишине и вспоминать времена, которые я провёл здесь с ним. Блять, да кого я обманываю? Этого никогда не будет.
Я ощущал на себе взгляд Джерарда. Должно быть, он не понимал, почему я не садился. Но я не мог сесть. Я провёл две ёбаные недели в сидячем положении, сейчас мне нужно было постоять и всей душой насладиться шёпотом травы под ногами.
Несмотря на то, что я был здесь бессчётное количество раз, сегодня вечером я собирался получить полное представление о том, что меня окружало. Осознать, что я снова свободен. Я находился под открытым небом, и каждый миллиметр пространства был таким живым. Таким ласкающим, таким непостоянным.
Я повернулся к Джерарду с извиняющимся видом на лице.
- Прости, я хотел осмотреться.
- Это нормально. Вечером мы будем ловить летучих мышей, - ответил он, нетерпеливо улыбаясь.
Я устроился рядом с ним, скрестив ноги и восхищаясь тёплым, солнечным светом, который нежно согревал мою кожу. Я не смог сдержать улыбки. И я действительно начал верить, что всё было в порядке. Да, он уезжает. Но почему это должно иметь такое важное значение?
Как только солнце склонилось к горизонту, тусклый свет начал выделять силуэты летучих мышей, которые двигались так хаотично, словно ими управляли руки неумелого кукловода. Спустя час, когда на землю опустились сумерки, Джерард решил, что пришло время для охоты. Когда он встал на ноги, я поднялся вслед за ним, и, разбежавшись, запрыгнул к нему на спину. Он покачнулся, но в итоге мы поймали равновесие и, медленно передвигаясь, последовали за этими маленькими существами. Джерард подошёл к делу с завидным энтузиазмом.
