- Я шучу. Не знаю… После стольких уроков биологии, которые у нас были в школе, я уяснил, что, когда человек умирает, все его клетки отмирают, у них нет свойства самовоспроизводиться, поэтому они не могут сформировать какую-либо живую оболочку типа призрака или что-то наподобие этого. Я не верю в духов. Или в эти истории про приведений, ты их слышал? Я не знаю. Я не понимаю, как можно вернуться к жизни. Если это возможно, то почему человек не бессмертен? Мы не можем жить вечно, поэтому и не восстаём из мёртвых. Если существуют такие вещи как призраки, то тогда должны существовать и вампиры, и грёбаные зомби, и всё остальное.
- Иногда ты слишком любишь пофилософствовать, детка. Святое дерьмо, ты удивительный.
- Ага, спасибо.
- Ага, не за что.
Мы одновременно улыбнулись и притихли на несколько минут.
- Фрэнки, в какой-то степени я даже рад, что ты не едешь со мной сразу, - неожиданно произнёс Джерард.
- Почему?
Ох, нет, только не это. Сейчас, вот сейчас он скажет, что ему нахер не сдалась наша дружба и что он больше не может меня выносить.
- Ну… - он улыбнулся, а потом обнял меня за плечи. – У меня будет возможность хорошенько подготовиться к твоему приезду. Я забью холодильник едой, куплю всю необходимую мебель, поэтому, когда ты появишься, то сможешь чувствовать себя в этой квартире как дома. И тогда ничто не будет мне мешать заботиться о тебе.
По его голосу я буквально слышал, как улыбка медленно сползает с его лица и нас накрывает невидимым тяжёлым одеялом, без какой-либо надежды хотя бы на маленький источник света. В тот же момент обе его руки оказались на моей талии, и он сжал меня ещё крепче, медленно раскачиваясь из стороны в сторону.
- Я окутаю тебя заботой. Там будем только ты и я, а всё остальное дерьмо мы забудем и оставим в прошлом. Ничто больше не будет иметь значения - только мы.
___________________________________________
В следующей главе:
Джерард покачал головой и посмотрел на меня, сморщившись от отвращения.
- Фрэнки, да что, чёрт возьми, с тобой не так? Что я сделал? Ты не возьмёшь это зеркало в Нью-Йорк. У нас в квартире вообще не будет ни одного зеркала. Посмотри, каким одержимым ты становишься… оно разрушает тебя…
- Иди нахуй.
- Сам иди нахуй! Фрэнк, прекрати. Что случилось? В чём я виноват? Ну же, давай…
- Свали из моего дома. Я больше не хочу с тобой разговаривать.
- Но, Фрэнки, я не…
Я впился в него убийственным взглядом, а потом медленно развернулся к двери и указал на неё пальцем. Мой голос звучал спокойно и твёрдо, а слова давались с лёгкостью.
- Я сказал пошёл нахуй из моего ёбаного дома, грёбаный лживый ублюдок.
Комментарий к Глава 19
*Refused — шведская группа, исполняющая песни в стиле хардкор-панк. Текстам песен группы свойственны леворадикальная, антикапиталистическая и нонконформистская направленность [Википедия].
========== Глава 20 ==========
Дерьмо. Настал конец. Я просто знал это. Тот отрезок моей жизни, состоящий из четырёх месяцев, в течение которых я был счастлив и не одинок, теперь подходил к концу. Медленно утекал. Превращался, блять, в ничто.
Так как я по-мастерски испортил июль, - целую грёбаную половину месяца, о чём очень сожалел, - то сейчас я знал, что должен был открыть ему всё. У нас оставалось шесть дней.
Я должен был рассказать ему обо всём. Я должен был впустить его в себя, чтобы он, в свою очередь, подпустил меня к себе; тогда я поселюсь в его грудной клетке, и каждый день маленькая часть меня будет процветать в нём, уютно свернувшись где-то под сердцем. Он станет жить в Нью-Йорке – не просто там существовать, а именно жить, ну а вместе с ним и я.
Как ни странно, мне было тепло и комфортно в его свитере, но тем не менее я обхватил себя руками и мысленно пытался подготовиться к этому дерьму.
- Так мило, что у тебя есть коробка памяти, - усмехаясь, сказал Джерард, смотря на меня взглядом полным идиотской гордости.
- Ага, - пробормотал я, опуская голову.
Моя коробка памяти обычно находилась под кроватью, но недавно я перенёс её в шкаф. Я не открывал её с тех пор, как несколько недель назад добавил туда фотографии, и сейчас она стояла на моей кровати между мной и Джерардом.
- Если ты не хочешь, то можешь не показывать, ты же знаешь, - добавил он, однако его нетерпеливый и горящий взгляд явно выдавал его желание.
- Нет, я хочу.
В подтверждение обоюдной безоговорочной близости я хотел стереть последние границы между нами. Я должен был знать, что мы можем доверить друг другу тайны. Я должен был чувствовать связь между нами, чтобы открыться ему и поделиться тем, что я хранил.
Коробка содержала воспоминания о важных событиях: рисунки, мои собственные отстойные стихи, открытки, фотографии и другие вещи, которые я бережно собирал. Только всё самое дорогое и ценное, заключённое в четырёх картонных стенках.
