Сначала я подумал, что он решил утянуть меня в быстрое объятие, что выглядело бы крайне нелепо посреди продуктового магазина, но тогда я почувствовал руку Джерарда на своем животе – он не обнимал, а как будто придерживал, уверенно прижав ладонь к рубашке. Я резко повернулся, чтобы одарить его нахмуренным взглядом и сказать, чтобы он не лапал меня на людях, но моментально всё моё внимание переключилось на парня, идущего к нам навстречу.
Ох, блять, нет.
- Привет, Фрэнк, как дела?
Комментарий к Глава 21.2
А я снова напомиаю о своем паблике http://vk.com/public_irni_mak
========== Глава 22.1 ==========
- Это кошачьи зубы, сукин ты сын! Ты пытался продать мне четыреста фунтов кошачьих зубов?*
Я схватился за живот, попутно стараясь расслабить мышцы, потому что его сдавило так, что я едва ли мог дышать. Мы ехали в гипермаркет, и Джерард не переставал цитировать Картмана, поэтому моё лицо наверняка было синего цвета. У него получалось просто идеально, точь-в-точь как в оригинале, и я уже чувствовал, как в моих лёгких заканчивается воздух, а по лицу стекают слёзы, исчезая на пересохших губах. Я отчаянно нуждался в кислороде, начиная задыхаться до неприятной сухости в горле.
- Джерард, заткнись, - кое-как прохрипел я, утопая в новой порции смеха.
- Но мааааам, - продолжил он писклявым голосом, - он нужен мне завтра! Но мааааам… в проекте написано, что нужен ковёр! Но мааааам, я тут играю в дикого-дикого Веста, мне с лягушонком Кольтом осталась еще одна сексуальная сцена с Сальмой Хайек… Я должен собрать их все, мама! Должен добраться до магазина игрушек. Мааааам, я должен быть первым, иначе люди не будут считать меня крутым!
Я внимательно следил за его лицом и свободной жестикулирующей рукой, но слёзы, застилающие глаза, ухудшали картинку.
- В последний раз, когда Баттерс здесь ночевал, я захотел сделать его фотографию и подарить его маме, но когда я фотографировал Баттерса, ему стало так жарко, что он стащил с себя пижамные штаны, а я споткнулся и упал, и приземлился ртом прямо на его пенис… а потом я вспомнил один анекдот, улыбнулся в камеру и показал большие пальцы…
- О, это горячо.
- Ага. Я надеюсь, что у нас произойдет нечто подобное, когда я принесу камеру к тебе домой.
Я стукнул его кулаком в плечо, но он проигнорировал меня. Вот дерьмо, лучше бы я ничего не делал.
- Джерард, не говори такие вещи, - мягко попросил я, поглаживая его руку, куда только что ударил, чтобы стереть ту боль, которую я принес ему или о которой, возможно, напомнил.
- Я дежурный по коридору… и ты будешь уважать мой авторитет! Эм, мам… ты не могла бы сходить и записать меня на Паралимпийские игры, чтобы я мог обыграть всех инвалидов и получить тысячу долларов?
Я любил его машину. Практически каждый день мы наматывали круги по нашему району, либо же отправлялись в парк – машина давала нам абсолютную свободу. Сегодня мы ехали в супермаркет, чтобы сделать покупки для его квартиры. Мы просто собирались набрать кучу долгохранящихся продуктов, потому что, по словам Джерарда, он хотел притвориться, что я переезжаю вместе с ним и мы разделяем первый совместный поход по магазинам.
- Мне нравится твой смех, - спокойно сказал он.
Собирающиеся тёмные тучи и резкий холодный ветер, будоражащий верхушки деревьев во всём Черри-Хилл, предвещали скорый ливень. Воздух моментально преобразился: он стал свежим и тяжёлым и словно пригибал вас к земле, стоило вам только оказаться снаружи. Ветви клёнов и дубов сначала лихорадочно шумели и танцевали на ветру, чтобы потом с облегчением сбросить охапки листьев. Я поднял стекло прежде, чем первые капли смогли бы проникнуть в салон и намочить обивку сидения.
Наконец мы припарковались на стоянке супермаркета и направились внутрь под аккомпанемент мелкого моросящего дождя.
Джерард был одет в бордовую рубашку, свободно накинутую на плечи поверх чёрной футболки, а также в эти мрачные чёртовы джинсы, которые были ужасно, невыносимо узкими.
Он выглядел просто неотразимо, и я ненавидел его за естественный шарм и природную привлекательность. Независимо от одежды, он блистал каждый грёбаный день, потому что всё на нём смотрелось гармонично, благодаря шикарному телу с правильными пропорциями. Его волосы находились в постоянном сексуальном беспорядке, как будто он только что вышел из душа и не успел высушить их до конца. Единственные цвета, в которые он одевался – это белый, бордовый и чёрный, но даже такое скудное однообразие оттенков подходило ему идеально.
Казалось, он с самого рождения был до совершенства красивым, и меня бесило, что он мог жить так спокойно, ни на секунду не задумываясь о своём внешнем виде.
Он всегда держался непринуждённо, испытывал комфорт, не обращая внимания на обстановку вокруг себя. В какой-то степени я уже даже начинал ревновать, потому что ему было достаточно просто расслабиться, чтобы чувствовать себя уверенным на сто процентов. Я сходил с ума, когда он лишь небрежно проводил рукой по волосам, пропуская сквозь них пальцы, и уже в следующее мгновение на его голове красовалась идеальная укладка.
