– Это «Черные Плащи» хотели использовать «НейроЛинк» во зло, – продолжает Джэкс, – превратить его в машину, способную причинять людям вред, направить их против себя самих или других. Это всегда было целью «Черных Плащей», и Тейлор во что бы то ни было хотела удостовериться, что мы доведем это до конца. Вы уже слышали, что она сделала со мной и с Сасукэ Танака. – Она колеблется, а потом решительно заявляет: – Хидео Танака использовал алгоритм, чтобы найти пропавшего брата.
Я сижу как в тумане, едва в силах понять, что слышу. Джэкс здесь не чтобы убедиться, что Хидео накажут за неспособность защитить брата. Она здесь, чтобы защитить Хидео своими показаниями против «Черных Плащей».
– И его намерения всегда были такими? – теперь спрашивают судьи.
– Да, Ваша честь.
– Он никогда не делал ничего с помощью алгоритма против всего населения с намерением навредить?
– Нет, Ваша Честь.
– Тогда в какой именно момент алгоритм стал инструментом зла?
– Когда «Черные Плащи» украли его у Хидео и установили в его систему коды взлома.
– И вы можете назвать всех «Черных Плащей», напрямую несущих ответственность за этот план? – спрашивает один из судей.
Джэкс кивает. Мы с Тримейном слушаем в изумленном молчании, как она начинает перечислять имена. Все до единого.
Тейлор.
Лаборанты инновационного института, которые знали о ее проектах.
Рабочие, помогавшие Тейлор проводить эксперименты, которые забрали Джэкс и Сасукэ и украли их жизни.
Другие «Черные Плащи», разбросанные по всему миру, – хакеры, наемники, каждый, с которым она когда-либо работала на Тейлор.
Она называет всех.
У меня кружится голова. Я снова смотрю на Джэкс. Хоть Сасукэ здесь нет, я чувствую его присутствие в этой комнате, словно исчезнувший мальчик наконец обрел в Джэкс голос, чтобы рассказать свою историю.
После неожиданного решения, принятого Верховным судом Японии сегодня, с Хидео Танака, основателя Henka Games, были сняты все обвинения в преступном сговоре и совершении преступления особой тяжести, караемого смертной казнью. Он был обвинен в убийстве второй степени доктора Даны Тейлор, а также нелегальном использовании своего создания «НейроЛинк» в расследовании исчезновения брата. Местные власти нагрянули с проверкой в Японский инновационный институт технологий, но обнаружить вещественные доказательства, фигурирующие в свидетельских показаниях, так и не удалось. Среди них доспехи, детально описанные свидетелями Эмикой Чен и Джэксон Тейлор.
Прошло две недели с вынесения приговора Хидео.
Они казались вечностью теперь, когда «НейроЛинк» больше не функционирует. Люди просыпаются и входят в интернет, так как делали раньше, до того, как очки Хидео покорили мир. Больше нет виртуальных схем, когда мне нужно получить направление, нет переводов слов людей, которых я не понимаю. В нашей жизни пропало то, что сложно описать. Но, кажется, люди теперь лучше видят мир.
Когда начинают опускаться сумерки, я пускаюсь в путь на своем электрическом скейтборде, чтобы найти Эшера, Рошана и Хэмми. Без «НейроЛинка» я полагаюсь на старомодное обмундирование – толстовки, кепки и темные очки. Миллионы журналистов пытаются выследить меня. Если бы я была поумнее, то взяла бы машину.
Но я все равно становлюсь на борд и направляюсь в город. Чувствую, что здесь мое место. Подставив лицо ветру, наслаждаюсь движением, мое чувство равновесия отточено за годы одиноких путешествий по запруженным городским улицам. Вокруг меня поднимается Токио, поезда бегут по мостам, а небоскребы возвышаются в облака, храмы тихо прячутся между шумящими районами. Я улыбаюсь, когда все это проносится мимо меня. Может, мое время в Токио и приближается к концу, но я не знаю, куда хочу дальше отправиться. Через несколько головокружительных месяцев это место стало казаться домом.
К счастью, меня никто не останавливает, когда я добираюсь до сада, спрятанного глубоко в тихом районе в Меджиро. Здесь всего пара людей и никаких любопытных глаз. Я спрыгиваю с доски, закидываю ее на плечо и смотрю на элегантный вход в простой белой стене, омытой розовым светом заката. А потом я захожу.
Это красиво обустроенное место, огромный пруд с декоративными карпами окружен аккуратно подстриженными деревьями и круглыми камнями, арками мостов и текущими водопадами. Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох, погружаясь в запах ели и цветов.
До меня доносится голос.
