– Много лет назад в наших краях разворачивалась самая что ни на есть война между стаями оборотней. Ковены ведьм были призваны разрешить эти споры, но… - женщина отвела взгляд вдаль, – Вместе с благой целью погибло очень много наших людей. Ведьмы не всесильны, Тэрим-и, мы не волшебники и часто бываем уязвимы. Однако позже мир всё же воцарился, и ковены разъехались по разным углам страны, мира. Именно поэтому твоя сила, не находя себе применение в мирное время, спала до этого времени.
– И не проявляла бы себя, если повезёт, вообще никогда, - женщина взглянула на племянницу и коснулась её худой щеки, – А раз она пробудилась…
– Что-то грядёт, - закончила за неё Тэрим. Женщина подтверждающе кивнула.
– Тебе нужно быть готовой. Если ты уже отдохнула, пойдём, нам предстоит много работы.
***
Тэрим мечтала о том дне, когда, наконец, пересечёт границы родного Вульфхилла и окажется в столице. О том, как будет учиться в университете и приезжать домой лишь на каникулах. Ведь за все восемнадцать лет своей жизни Тэрим не покидала пределы городка, сколько бы ни просила родителей съездить куда-нибудь. Что же, теперь причина была предельно ясна – родители боялись, что окажись в городе другие ведьмы, опасность, её сила непременно проявила бы себя.
Девушка печально вздохнула – её мечта в каком-то смысле сбылась. Как только жар спал и Сон смогла встать на ноги, они с тётей сразу же уехали в неизвестном тогда ей направлении.
Они приехали, много ни мало, к чёрту на кулички. Одинокий дом в глубине леса, где совершенно одна живёт старая ведьма, которая, к тому же, имела скверный характер. Не чуралась браниться по поводу и без, особенно любила подначивать бедную Тэрим. Женщине было далеко за восемьдесят, похоронившая своих мужа и детей (тётушка по секрету поделилась, что те пали на небезызвестной войне) и потому питающая неприязнь к оборотням.
– От тебя пахнет псиной, - сказала она в первый же момент знакомства, принюхавшись.
– Мы приехали из тех краёв, - вступилась тогда тётушка.
– М-м-м, - заскрипела своим бесцветным голосом старушка, – И чего же вам нужно? – как заметила Тэрим, та не нуждалась в представлении тётушки, будто знала её очень давно.
– Это – моя племянница, и ей нужна ваша помощь.
Спустя около недели Тэрим уже была в состоянии контролировать часть потока магии в своём теле. Невероятно гордилась собой, ведь это и впрямь стоило адских усилий – перманентная физическая боль грозила свести с ума. Это только в фильмах всё просто и легко, искры летят из кончиков пальцев, бибиди-бободи-бу. Постоянный шум голосов в голове мешал концентрации, и в таких условиях приходилось учиться.
– Вижу по лицу, что думаешь о чём-то крайне важном, - рядом на скамеечку опустилась худенькая старушка, не забыв бросить насмешливый взгляд.
– Вовсе нет, - пожала девушка плечами, – Я всё пытаюсь вспомнить свою беззаботную жизнь без всего это.
– А, скука смертная, - махнули в ответ.
– Почему вы живёте тут? – Тэрим неожиданно серьёзно взглянула на ведьму рядом, – Совершенно одна.
Перед тем как ответить, та старчески вздохнула и пустила смешок.
– Кто сказал, что я одна? Совсем необязательно физическое присутствие, мне вполне достаточно просто ощущать, что они рядом. Тебе этого пока не понять, дитя.
Скрипя старой дверью, та скрылась в доме, пока Тэрим всё так же бездумно глядела вперёд. Тётушка сказала:
– Завтра возвращаемся домой.
И как бы ни хотелось вернуться, оставлять старшую наставницу одну было тяжело.
***
«У тебя точно не девять жизней, Хан Раныль! Прекрати испытывать судьбу!» - кричало сознание девушки, пока она пробиралась в дом на цыпочках. Хоть бы бабушки ещё не было дома, хоть бы!
И кто вообще остаётся на чай на добрых три часа?!
Благо одежда успела высохнуть, тут уж госпожа Ким поколдовала. Кто знает этих невинных с виду жителей Вульфхилла, может и мама Чонина промышляет чем-то мистическим в свободное время.
– Где ты была? – голос донёсся со стороны гостиной и в кромешной тьме звучал угрожающе.
– О, боже, бабушка, ты меня напугала!
Зажёгся торшер, и освещённое лицо бабушки выглядело устало.
– Я….была в школе, - Раныль проглотила раздирающую сухость во рту.
– Вот как? – госпожа Хан потёрла переносицу, – Так поздно?
– Когда я выходила из школы, начался ливень. И я осталась там его переждать, - девушка сочиняла на ходу и не могла не чувствовать вину за ложь, особенно при виде уставшей до смерти бабушки, но понимала, что сказав правду сейчас ситуацию лучше не сделать.
– Мне нужно тебе кое-что сказать, Раныль, - женщина встала с места и направилась к девушке, – Ты ведь помнишь мою просьбу, так ведь?
Хан пристыжено опустила глаза.
« Не ходи больше в лес, не заставляй меня переживать»
– И ещё, - бабушка сделала паузу и вздохнула. Раныль было уже решила, что та обо всём догадалась.
– Звонила твоя мама. Она едет сюда.
Раныль неверяще уставилась на родственницу.
Только не это.
***
