хорошо развито только в Египте и на влажных Балканах, на северных окраинах Средиземноморья, или на возвышенностях, орошаемых бо - лее обильно, чем другие места. Козы и овцы (последних разводят скорее ради их шерсти, чем на мясо) не могут покрыть недостаток мяса в питании. Вспомним забавное рассуждение, которое Рабле вкладывает в уста «совершенно раздосадованного» амьенского монаха, который вместе со своими путниками созерцает красоты Флоренции: «...в Амьене мы прошли бы втрое-вчетверо меньше, и я бы уже показал вам около пятнадцати старых аппетитно пахнущих харчевен. Не понимаю, что за удовольствие глазеть возле башни на львов и африканов (так, по -моему, вы их называете, а здесь их зовут тиграми) или на дикобразов и страу - сов во дворце синьора Филиппо Строцци. Честное слово, други мои, я предпочел бы увидеть славного жирного гусенка на вертеле...»41 Один географ в переписке со мной в шутку высказался по поводу Средизем - номорья таким образом: «Маловато мяса и много костей»42.
Северянам уже в XVI веке средиземноморский скот слишком часто кажется неполноценным: коровы — тощими, бараны — недомерками. «В 1577 году на пропитание Монморанси и его армии пошло 8000 баранов из нижнего Лангедока. Средний вес одного животного составлял «более или менее» 30 фунтов, или 12 кг по сегодняшним меркам. Это слишком мало и очень дешево: 4 ливра, или чуть более 1 экю, за барана.. .»43 Расчет веса 13312 баранов, забитых с 23 июня по 5 декабря 1586 года в Вальядолиде, дает в среднем 11,960 кг мяса на одно животное (12 кастильских фунтов). На одну голову крупного рогатого скота из 2302, забитых в этом же отрезке времени, приходится 148,012 кг (322 кастильских фунта) мяса44. В общем, не такие уж плохие животные. Это относится и к лошадям. В Средиземноморье есть прекрасные породы: турки и низкорослые испанцы из Неаполя, боевые кони из Андалусии, берберы из Северной Африки, но все это живые и подвижные верховые лошади, мода на которых в следующем столетии сменяется увлечением тяжеловозами, ослами и мулами с севера. Главным критерием оценки животного,-которого используют для перевозки почты, артиллерийских орудий и лафетов, запрягают в приобретающие все большую популярность экипажи и кареты, постепенно становится его сила... Дантышек, который 4 декабря 1522 года высадился на кантабрийском берегу в Кодалии, отправляется в Леон на шести вьючных лошадях. «Non tamen tam bonis , — пишет он,— ut simt apud nos qui plumbum ferunt
Не столь хороших
