Все те же итальянские банки, для которых стало уже традиционный, Ja- вать новые побеги. И уже на шампанских ярмарках монеты взвеши - вают менялы из Сиены, Лукки, Флоренции и Генуи; они же приносят благосостояние в Женеву в XV веке; за ними следуют выходцы из Антверпена, Лиона и Медины дель Кампо. В 1585 году они еще участвуют в создании денежной ярмарки во Франкфурте-на-Майне. В глазах не - посвященных их профессии присуще нечто таинственное, даже дья - вольское. Около 1550 года один француз выказывает свое удивление по поводу «этих чужеземных купцов или банкиров» (речь идет об итальян - цах), которые приезжают с пустыми руками, «налегке, кроме собственной персоны располагая небольшим кредитом, пером, чернилами и бумагой, а также умением обменивать, переводить и пускать названные суммы в оборот из одной страны в другую в зависимости от поступающих к ним известий о тех местах, где деньги будут стоить дороже»23 .
Короче говоря, рассеянная по всей Европе горстка осведомленных лиц, ведущих активную переписку, управляет сетью наличного и вексельного обмена и благодаря этому контролирует ход торговых спеку - ляций. Таким образом, не будем особенно обольщаться на счет «финансового прогресса». Между его центрами наблюдается много градаций и различий; одни из них преимущественно торговые, другие — промышленные, третьи — отчасти денежные. В 1580 году, когда Португалия присоединяется к Испании, испанские дельцы удивляются техниче - ской отсталости лиссабонской биржи, исключительно торговой. В Марсель еще в начале XVII века инвестиции поступают из Лиона, Монпелье и Генуи. Рагуза с ее развитой торговлей в финансовом отношении зависит от итальянских городов: в XVII веке все ее богатство вложено в ренты, получаемые в Неаполе, Риме или Венеции. Еще более крас - норечив пример Венеции. Длинный отчет Cinque Savii , относящийся к январю 1647 года23 , показывает, что весь контроль за движением «капиталов», как сказали бы мы, сосредоточен в руках флорентийцев, вла - деющих домами в городе, и генуэзцев, от которых поступает серебро, — благодаря этому пришельцы управляют денежными пере - водами. «Переводя» оплату на Венецию, генуэзцы и флорентийцы получают доходы «от обмена» (в особенности на так называемых Безан - сонских ярмарках, которые реально проводились в Пьяченце) солид - ных кушей венецианских заимодавцев. Таким образом звонкая монета
Совета Пяти.
