Сплетница бросилась к ней, схватила руку поверженного СКПшника и приложила её к рукоятке пистолета. Положила его палец на спусковой крючок и выстрелила в Стояка, поливая его пеной с ног до головы, как раз когда он сумел высвободиться из-под упавшего на него человека.
Флешетта метнула дротик в баллон с пеной, Чертёнок со Сплетницей попятились, когда пена начала выплёскиваться из дыры, быстро расширяясь и покрывая лежащего офицера. Спустя мгновение она метнула по дротику в каждый из лежащих на полу баллонов. Один даже выпустил целую струю пены, бьющую под углом в стену, создавая растущий барьер, который мешал мне добраться до остальных.
Прежде чем Флешетта смогла обратить свои дротики на нас, Регент потянулся, заставив её выронить оружие. Секундой спустя он захрипел и упал на четвереньки. Насколько я могла видеть, в него ничего не попало.
Отдача? От такого простого действия?
Я уже повернулась проверить его, когда из горла Призрачного Сталкера вырвался первобытный вопль.
Она дралась со Сталеваром, он замахнулся, но она не вошла в своё призрачное состояние. Он не мог погасить всю инерцию своего удара, поэтому предпочёл упасть, чтобы ударить её лишь плечом. Они столкнулись, Призрачный Сталкер продолжала вопить, будто пытаясь очистить лёгкие от последних следов кислорода.
Она попыталась направить арбалет на меня, затем отползла на шаг в сторону. Из нового положения прицелилась в Регента, её руки дрожали, поэтому болт прошёл мимо и попал в Сплетницу. Он скользнул по её ключице, войдя в плечо под небольшим углом. Сплетница потеряла равновесие и упала.
Призрачный Сталкер начала перезаряжать арбалеты, но её движения становились всё более нервными и порывистыми. Тут она внезапно остановилась, переводя взгляд с одной руки на другую, затем подняла голову и посмотрела на Сталевара, который находился в непосредственной близости от неё.
-- П-п-помогите, -- произнесла она запинаясь.
Но спустя долю секунды Регент снова обрёл контроль, и Призрачный Сталкер попыталась повторить свой прежний манёвр -- вонзить болт в другой глаз Сталевара, двигаясь, как всегда, быстро и изящно. Он отбил её руку, и она вошла в призрачное состояние, чтобы избежать последующего удара битой.
Грохот и звон осыпающегося на плитку стекла известили о прибытии собак Суки. Они проломили себе дорогу сквозь пуленепробиваемое стекло в вестибюль. Сталевар повернулся им навстречу, а Призрачный Сталкер вышла из боя, используя момент, чтобы перезарядить арбалеты и выстрелить в Висту, скорчившуюся на полу и полностью покрытую моим роем. По крайней мере, она перестанет мучиться из-за насекомых. Я могла причинять боль, если это было нужно для достижения цели. Но это не значило, что мне нравится это делать.
-- Призрачный Сталкер в полном сознании даже когда ты контролируешь её?! -- крикнул Сталевар, повернувшись к нам спиной и сосредоточившись на приближающихся собаках. Те не достигли максимальной величины, иначе Сука бы с ними не справилась, но их вполне можно было сравнить с тремя шустрыми медведями или тремя чрезвычайно крупными пумами, только ещё и с дополнительной защитой в виде костяных выростов.
-- С некоторых пор, -- ответил Регент.
Это выбило меня из колеи. По-другому выразиться нельзя. После нападения Левиафана я была почти парализована, но и до этого сама мысль оставаться в сознании, но не иметь возможности двигаться, всегда меня пугала.
У меня не было знакомых, которые лежали бы в больнице, страдая от чего-то подобного, и я не припоминала ни фильмов, ни сериалов, которые могли бы во впечатлительном возрасте вложить мне в голову такую идею. И, тем не менее, если я задумывалась о самом худшем, что могло со мной произойти, то этот образ приходил в голову одним из первых. Он посещал меня последние два-три года и не раз являлся в моих кошмарах за последнюю пару недель.
Возможно, суть страха была даже шире, не в том, чтобы оказаться парализованной, а в том, чтобы оказаться беспомощной.
Собаки начали бой со Сталеваром, но я не верила в их победу. Они были быстрее, их было больше, я даже допускала, что они сильнее. Но Сталевар всё же был ходячей и говорящей статуей. Они могли жестоко сбивать его с ног, но не могли вонзить в него зубы и причинить какие-либо серьёзные увечья. А когда удары наносил Сталевар -- они оказывались весьма чувствительными.
Но всё же их вмешательство позволило нам сосредоточиться на остальных. Виста вышла из строя, так же как и Стояк.
-- Помоги Рой! -- приказала Сплетница, и повернулась к оставшимся Стражам, стоявшим между нами и лифтом. Кому это она говорила?
Затем я почувствовала на своей спине руки. Я дёрнулась, но они крепко держали. А потом я почувствовала, что с меня сняли наручники. Чертёнок. Точно.
У меня создалось впечатление, что мне было легче помнить о ней и реагировать на её присутствие, если я не пыталась активно обращать на неё внимание. Как будто попытки удержать её в памяти имели прямо противоположный эффект. Вот только как я должна была использовать это знание на практике, если это и было восприятием её присутствия?
