-- Может не стоит? -- ответила я, вполне закономерно нервничая. Мне не очень хотелось резко ей отказывать и рисковать разрушить наше прикрытие, но и наркотики я принимать точно не желала. Мне не нравилась даже сама идея употреблять наркотики, не говоря уже о том, чтобы делать это здесь, в этом хаосе.
-- Доверься мне.
Я послушно открыла рот. Лиза положила мне на язык одну маленькую таблетку и повернулась к Бруксу, чтобы дать ему ещё одну точно такую же.
Пока наши телохранители вели нас сквозь толпу, Лиза приблизилась ко мне, чтобы наши головы соприкоснулись.
-- Это были пустышки. Небольшой фокус в моем исполнении. Всё только для вида, так что не парься.
-- Бля, могла бы и раньше сказать, -- прошипела я. Честно говоря, я была не уверена, что она расслышала меня из-за долбящей по ушам музыки, но уж кто-кто, а Лиза могла догадаться, о чём речь.
Около стен стояло ещё много людей, торговавших наркотиками и крадеными вещами. Некоторые из них были ещё и сутенерами, другие предлагали за деньги себя, третьи обыскивали магазины торгового центра, чтобы затем продать или обменять найденное. Крыша в центре здания обвалилась, и около огромной дыры, сквозь которую было видно темнеющее небо, стояли подпорки. Под этим участком отрытого неба вечеринка была уже в самом разгаре. Люди танцевали, дрались, сбивались в группки, хором орали что-то под музыку. Иногда два или три этих пункта за раз.
Как только мы вышли на более-менее свободное пространство, Лиза собрала всех нас вместе.
-- Мы ищем этого парня, -- достала я фотографию.
Никто не стал возмущаться по этому поводу, даже Брукс. Сенегал убрал с лица ухмылку и настроился на рабочий лад. Он стоял справа от меня и с высоты своего роста мог смотреть поверх собравшейся толпы. Напротив него Малой занимался тем же самым. Лиза и я остались стоять между ними, а Брукс и Челюсть отправились на самостоятельные поиски.
Кто-то упал на землю прямо перед нами. Уронивший его человек тут же начал пинать упавшего по лицу, подбадриваемый собравшейся толпой. Мы обошли эту группу и столкнулись со своеобразным представлением.
Сценой для него служила передняя витрина магазина женской одежды, ограждающие её стекла были выбиты. Там, рядом с манекенами, стояли три женщины и девушка. Женщины примеряли одежду, раздеваясь у всех на виду, и одевая то, что бросали им из толпы. Их глаза были тусклыми, как у наркоманов, а кожа блестела от пота. Улыбаясь, они обольстительно выгибались и обнимали манекены, демонстрируя одежду, как будто толпа собралась тут на показ мод, а не для того, чтобы поглазеть на их голые тела.
Стоявшая на правом краю витрины девушка-подросток отличалась от них. У неё были тёмные волосы, а лицо накрашено так, будто макияж наносил впервые взявшийся за это человек. Девушка судорожно сжимала обеими руками воротник своей толстовки и в панике отступила назад, когда толпа ломанулась к ней, протягивая руки. Она была босиком и не могла слезть с витрины, не наступив на стекло, а любые попытки сбежать только привели бы её в руки толпы Барыг. Даже если она и приняла те же наркотики, что и остальные женщины, страх уже заставил её протрезветь. По виду она находилась в ясном уме, хоть и была смертельно напугана. У неё не было красного браслета на руке. Она здесь не по своей воле.
Кто-то забрался на витрину и схватил одну из женщин. Он не пробыл там и двух секунд -- зрители стащили его вниз и бросили на землю, после чего начали бить руками и ногами за проявленную дерзость.
Толпа помогала женщинам, хоть и в весьма извращённой форме. Как я поняла, зрители сделали это не ради женщин, а ради себя. Все они хотели этих манекенщиц, но по негласному соглашению только наблюдали, и если кто-то выступал вперёд, пытаясь забрать себе желаемое, его тут же избивали.
Всё это означало, что дела у той девушки были действительно плохи. Она не могла убежать, и если не предоставит толпе желаемое зрелище, они потеряют терпение и поступят с ней так же, как и с тем дерзнувшим нарушить соглашение парнем. Или даже хуже. А если она решит последовать примеру женщин? Судя по накалу эмоций толпы, можно было ожидать, что всё обернется очень печально, как только им станет скучно. Эксгибиоционизм даст ей лишь небольшую отсрочку.
-- Пойдём, -- Лиза потянула меня за руку.
-- Мы должны ей помочь.
-- Здесь по меньшей мере сотня людей, которым нужна помощь, -- посмотрела на нее Лиза.
-- Мы должны ей помочь, -- прорычала я. -- Я сегодня просто не усну, если мы её здесь бросим.
-- Это из тебя немножко геройство полезло, -- прошептала она мне на ухо.
-- Я помогу ей, с тобой или без тебя, -- прошипела я. -- Даже если мне придётся для этого использовать свою силу и нарушить конспирацию.
-- Ладно, ладно. Возможно, не придётся заходить так далеко. Подожди.
Лиза потянула Малого за руку, чтобы он пригнулся, и прошептала ему что-то на ухо.
Малой выпрямился, сжал что-то в кулаке и начал пробиваться сквозь толпу. Расталкивая людей, он подошел к витрине и забрался наверх.
