- Нет, он живет в Коканде, в соборной мечети. Большевики отобрали у него собственный дом... Но к нему вы пойдете только после Шахимардана, где вас будет ждать шейх Исмаил, правая рука Мияна Кудрата. Исмаил сориентирует вас в местных условиях и даст провожатого сначала до Коканда, а затем и до Самарканда... Там вас сведут с представителями подпольной мусульманской организации "Союз тюрков". В дальнейшем вы будете включены в группу религиозных шейхов при усыпальнице святого Али и станете вести всю свою работу, опираясь на этих шейхов. Они считаются потомками святого Али и пользуются очень большим авторитетом среди правоверных.
- Кто вернется с паломниками вместо меня в Индию?
- Они подменят вас, я думаю, надежным человеком.
- Внешнее сходство будет обеспечено?
- Разумеется. По всей вероятности, это будет какой-нибудь курбаши, предводитель одного из отрядов басмачей....
- Я еще не забыл узбекский язык, генерал.
- Я рад за вас... Этот курбаши получит у нас золото, оружие, литературу, инструкции и обратно на советскую территорию двинется уже нелегально. Не исключается, что вы еще встретитесь со своим двойником в Туркестане.
Генерал Маллисон встал и достал из шкафа бутылку виски.
- За великий Туркестан - новую жемчужину британской короны!
- Олл раит, сэр!
- Чтобы уберечь нашу Индию от большевистского влияния, мы должны будем создать ее северную оборонительную границу в Туркестане... А вообще-то я вижу в будущем здесь новый британский доминион, в который войдут Иран, Афганистан, Бухара, русский Закаспийский край, Азербайджан, Хива, Урал и Сибирь.
- Прекрасный замысел, генерал.
- Это великая историческая миссия, доверенная нам временем и отечеством.
- Я счастлив этим высоким доверием.
- Желаю вам успешно выполнить первую часть этой исторической миссии... Я думаю, вы знаете, что после окончания работы вас ждут погоны полковника и пожизненная рента.
- В Туркестане есть такая пословица: да не пропасть нам в расцвете йигитских лет!
- Замечательная пословица. Еще раз желаю удачи.
- Благодарю, генерал.
Ранним утром следующего дня генерал Маллисон, одетый как простой чиновник колониальной администрации, вышел из ворот своего особняка и направился в сторону северной окраины Гилгита.
На улицах города, ведущих к базару, уже занимали свои места нищие. Они опять сидели на земле целыми семьями. И было их так много, что казалось, будто все население Гилгита состоит только из нищих. Генерал изредка бросал в протянутые руки мелкие монеты.
Он занял место в кофейне на одном из перекрестков. Ждать пришлось недолго - позвякивая колокольчиками на конусообразных шапках, показалась группа дервишей-каландаров, облаченных в живописное тряпье. И в центре паломников шел недавний собеседник Маллисона. Конечно, никто бы не узнал в нем сейчас кадрового офицера британской разведки. Это был типичный бродяга-дервиш с посохом в руках, непрерывно бормотавший себе под нос по-арабски изречения из корана. Обтрепанный халат его был подпоясан веревкой, на которой болтались какие-то железки и высохшая пустая тыква.
Генерал удовлетворенно улыбнулся. Ну кто бы мог подумать, что этот придурковатый, припадающий на одну ногу и обритый наголо мусульманин (один из лучших выпускников восточного факультета Оксфордского университета, блестящий спортсмен, член королевского яхт-клуба) идет отторгать от России великий Туркестан во славу английской короны и "Интелледженс сервис"? Да в целом мире не найдется такого человека!
Агент встретился глазами с Маллисоном. Генерал еле заметно кивнул. "Дервиш" закатил глаза, пустил слюну и заковылял мимо, стараясь не отставать от толпы каландаров, нестройно пыливших по улице.
Много раз всходило над горами солнце. Перевал за перевалом оставался позади. Группа паломников таяла - несколько человек, простудившись на памирских ветрах, среди льдов и снегов, заболели и отстали. Двое, не выдержав напряжения пути, повернули назад. Но остальные упорно шли вперед. Вместе с ними старательно "хромал" по каменистым высокогорным дорогам и член королевского яхт-клуба.
Наконец подошли к границе.
Процедура проверки документов была несложной - каландары, усевшись в кружок на земле, охрипшими голосами бубнили молитвы, пока советские пограничники листали их незамысловатые, замызганные бумаги.
Все. Путь свободен. Непрерывно кланяясь начальнику заставы и прижимая в знак благодарности правую руку к левой стороне груди, паломники, шедшие к усыпальнице святого Али, миновали поднятый вверх полосатый шлагбаум.
Посланец генерала Маллисона, благополучно пройдя через советскую границу, вступил на землю Советского Туркестана.
Фергана.