– Итак, я, может быть, репортер. Хороший репортер. И мне не нравятся людские тайны. Они такие безобразные! – наигранно вздохнул незнакомец. – К твоему сожалению, я знаю одну из твоих. Нет, даже две, получается! Во-первых, ты бесстыдно изменила своему мужу, а теперь не знаешь, как от этого порока избавиться, а во-вторых… Во-вторых, моя дорогая, мне известно, кто изо дня в день ждет тебя в одном маленьком убогом городке. Догадываешься, о ком я говорю?
– Да. И мне кажется, я знаю, от кого тебе об этом известно, хороший репортер!
– И от кого же? – с коварной усмешкой спросил голос.
– Не от Дианы ли?
– Диана? А кто это? – хохотнул незнакомец.
Таня ничего не ответила.
«Диана ни при чем?» – пронеслось в ее голове.
– Сколько ты хочешь? Назови сумму? – быстро спросила она.
– Ты возишь с собой большие деньги?
Таня снова промолчала.
– Вот и я думаю, что не возишь. Однако за молчание о том, что
– Сколько?
– Я еще не решил.
– Сколько?
– Не сколько, а
– Я не знаю…
– Подумай!
– У меня есть драгоценности.
– Уже лучше! Собери их пока в кучу, а позднее я скажу, куда их поместить. И еще… я хочу, чтобы среди них было то бриллиантовое колье, в котором ты блистала пару дней назад. Оно мне очень приглянулось.
– Это все?
– А у тебя есть что-то еще?
– Где мне их оставить?
– Я же сказал «позднее я скажу»! Ты слишком плохо меня слушаешь, моя испуганная овечка!
– Я не испуганная овечка, кретин! – разозлилась Таня.
– Конечно нет! Ты бездушная дрянь, которая бросила свою маленькую дочь со старой матерью. Тебе не стыдно?
– Это
– На кого ты все время наговариваешь? Мне даже интересно стало! Расскажешь?
– Иди к черту!
– Ты права, в другой раз. Признаюсь, общение с бездушными стервами меня утомляет. К тому же тебе пора возвращаться к друзьям и мужу. Будь умницей, не болтай о нас, и тогда для тебя все еще может закончиться благополучно. Пока!
Таня услышала короткие гудки.
Еще минуту она стояла как в воду опущенная. Этот белый теплоход не зря с первых дней стал ассоциироваться у нее с неуверенностью и тревогой. Она как будто чувствовала: что-то случится! А может быть, этого ждала?
Сквозь толпу Таня разглядела столик, где сидел ее муж и «друзья». Они все еще о чем-то разговаривали.
Таня решила пойти в каюту. Она не хотела возвращаться к этим беззаботным людям. Никто из них не был способен ее понять. А большинство ее осудит. История с дочерью возмутила даже шантажиста, хотя по всему видно, что у него нет ни совести, ни чести! Дочь. Да, у нее есть трехлетняя дочь. Она родилась незадолго до того, как Таня встретила Василия. Еще будучи беременной, Таня знала, что оставит ребенка маме. Тогда она была не готова стать матерью. Не готова и сейчас. Но что поделаешь? Ребенок – это же не котенок! К тому же… в той маленькой девочке было что-то особенное. Или уж это характерная для всех матерей слепота? «Мой ребенок самый лучший! Мой малыш особенный!» Но Таня не могла так думать. Она совсем не знала, какой была ее дочь…
Таня закрылась на ключ. Она села на пол и расплакалась. Он знает про дочь! Он все знает! В тот момент ей не хотелось жить, и, может быть, ее истерика закончилась бы трагедией, если бы благожелательная судьба не дала ей несколько часов на то, чтобы прийти в себя. Ее никто не беспокоил. Никто не пришел за ней. Никто ее не потерял. Наверное, все решили, что она вечно всем недовольная девица. Что же, пусть так и будет.
Таня лежала с открытыми глазами, слушая заманчивую игру волн, и уже давно не пыталась уснуть. Ей все равно не удалось бы это сделать.
Кто он? Кто же он, этот таинственный отправитель, вредитель, кошмарный шантажист?! Кто?! Кажется, он любит поговорить, поиграть, помучить… Но тогда он просто безумец! А по разговорам этого не скажешь. Таня попыталась воссоздать в мыслях содержание последнего разговора и похолодела от ужаса, когда ей вспомнились безжалостные издевки незнакомца.
