– В действительности я просто хотел познакомить тебя со стаей.
– Ладно…
Именно это Ноар и сделал. Пока его большой палец рисовал маленькие успокаивающие круги на моем предплечье, он называл имена и давал мне очень занимательные краткие описания каждого шендаи. Я узнала, что стая состояла из двенадцати животных, а Нокс являлся их альфой. Судя по всему, он как раз находился на охоте с парой младших шендаи. В его отсутствие Хаи перенимала главенство и ответственность за потомство. Чем дольше Ноар говорил, тем больше напряжение спадало с меня. Мне нравилось просто прислоняться к его груди и слушать его голос. В какой-то момент к нам снова присоединились котята-шендаи: Ками, Наз и Ризон. Устав от опеки Хаи, они прижались к нам и уснули. Погруженная в свои мысли, я медленно запустила свои пальцы в их мех. Здесь, в этом месте, все представлялось очень простым. Стая напомнила мне, что с уверенностью и сплоченностью можно пережить все, а потрясающий вид из пещеры дарил мне ощущение, что мы парили посреди звездного неба. За одним исключением: где-то очень далеко на горизонте ослепительной синевой сияла одна вертикальная черточка.
– Что это? – хотела знать я, когда Ноар сделал паузу. Я попыталась показать ему примерное направление, не разбудив при этом котят шендаи. По его вздоху я поняла, что мне это удалось и что тема, которую я затронула, судя по всему, не относилась к числу его излюбленных.
– Падение проклятых, – ответил он деловым тоном.
Падение проклятых?!
– А я уже думала, что Царству Теней не хватает драматизма.
Мое чувство юмора вызвало у Ноара смешок.
– Ты уже бывала там. Это конец Черной лестницы.
Что? Но разве Черная лестница не вела прямо к отвесной стене? Ничего там не излучало голубоватого света. Однако из-за меня приток душ был перекрыт. Возможно ли, что…
Какое-то ужасное осознание промелькнуло во мне. Падение проклятых подразумевалось буквально!
– Вы сбрасываете души со скалы?
– Угу, – подтвердил Ноар. Он прислонил свою голову к моей, будто этим все было сказано. Но я не могла просто так отступить.
– А где… где они приземляются? В кошмарной долине адских мук?
Я почувствовала, как он улыбнулся.
– Название «кошмарная долина адских мук» уже кто-то присвоил, – пошутил он, – поэтому мы назвали это место просто низменностью. Души предоставлены там сами себе, пока охотники не поймают их и не заставят понести наказание.
Это уже звучало достаточно ужасно, и тем не менее у меня все еще было стойкое ощущение, что Ноар опустил ради меня несколько важных деталей.
– Хм, а кто эти охотники? – осторожно спросила я, потому что не была уверена, что вообще хотела это знать.
– Воины Теней, целеустремленные крестьяне, а также парочка дворян, изъявивших желание что-то доказать, – терпеливо добавил Ноар, но с каждым словом он казался мне все более замкнутым. Казалось, Ноар хотел вооружиться перед лицом возможного непринятия с моей стороны. – Они ловят души, засовывают их в кристаллы, а затем принимают решение о соответствующем наказании.
– Вы засовываете их в кристаллы? Как у Зои?
Это объясняло, почему здесь, в Царстве Теней, я еще не встречала ни одного призрака.
– Не совсем как у Зои, – сказал Ноар. – Твоя подруга может сама решить, что она переживет в кристалле Завесы. Виновным душам это запрещено.
– Оу.
Медленно я начала понимать принцип, с помощью которого приводились в исполнение приговоры в Царстве Теней. Народ Ноара для каждого создал свой собственный ад. Вероятно, это означало, что где-то здесь должна была быть огромная куча этих кристаллов, и в каждом находилась измученная душа.
– Котенок?
Напряженный голос Ноара вырвал меня из моих мыслей.
– Да?
– Что сказал тебе перевертыш Хаоса до того, как Юнос застрелил его?
Я все еще слышала в своем ухе шипящий голос капитана. Теперь это казалось мне таким же нереальным, как ночной кошмар, но вопрос Ноара вытолкнул мои воспоминания обратно в реальность.
– Он передал мне привет…
На мгновение Ноару перехватило дыхание. Он старался говорить спокойным голосом, но я все же чувствовала его напряжение.
– От кого?
– Не знаю. Стрела Юноса прервала его. Но прозвучало это так, словно привет передала женщина.
На ум мне приходили только две жительницы Кассардима, мечтавшие о моей смерти: Зафама – облачная княгиня, уже несколько раз пытавшаяся убить меня, и, конечно же, Зима.
– Я знаю, о чем ты думаешь, котенок, но капитан не мог знать, что мы там появимся, – вздохнул Ноар. – Кроме того, перевертыши Хаоса не исполняют заказных убийств. Они действуют произвольно, следуют внезапным импульсам и ни в коем случае не являются достаточно расчетливыми, чтобы следовать конкретному плану.
– Обычно, – вздохнула я с чувством тошноты в моем желудке. – Но что, если они все-таки это делают? В конце концов, этот перевертыш Хаоса настолько контролировал себя, что смог обмануть весь свой отряд.
Может быть, Зои не так уж и ошибалась со своей теорией заговора. Что-то здесь было нечисто, и я все больше и больше убеждалась, что все это было связано друг с другом.
