За черным окном – море тюльпанов полностью

– Значит, решил жениться? – спросил он, строго глядя на меня поверх очков.

– Решил, – ответил я. – И скоро у нас должен родиться ребенок.

– А невеста кто по специальности?

– Учительница математики.

– Где собираешься работать?

– Пока не знаю. Не все от меня зависит.

– Понятно.

– Может, кроме Брусничного, вы еще что-нибудь предложите?

– Может, и предложу…

Заярский поднял телефонную трубку и набрал какой-то номер.

– Владимир Михайлович? – произнес он в трубку. Далее шли приветствия, дежурные любезности, приветы какой-то Лидии Гавриловне и, наконец, то, что представляло интерес для меня: – Может ли ваше управление в счет десяти процентов для горисполкома выделить в ближайшее время однокомнатную квартиру молодым учителям-молодоженам?.. Может, да?.. Когда?.. В декабре?.. Спасибо. В ближайшее время мы направим вам ходатайство по всей форме.

Тут же заведующий набрал следующий номер:

– Александр Иванович? Здравствуйте, Заярский! Я по поводу исполкомовского резерва жилья для учителей. В ближайшие дни я приведу к вам двух молодых специалистов-молодоженов. Прошу для них однокомнатную квартиру… Спасибо!

Потом, уже мне, Алексей Александрович сказал:

– Приводи к нам свою невесту и оформляйтесь. Тебе предлагаю директорство на выбор в трех городских школах: 7-й, 15-й и новой 49-й. Сходи, посмотри. Познакомься со школами, выбери ту, которая понравится.

– Спасибо за предложение. А как с жильем?

– Пока поживи в рабочем общежитии, а через четыре месяца дадим вашей молодой семье квартиру в новом доме.

– Это точно?

– Ты же слышал заверения заместителя начальника управления строительства и зама предгорисполкома.

– Хорошо.

Меня поселили в общежитии, в одной из деревянных двухэтажек на улице Пионерской, в комнате, где жили трое приезжих инженеров, строящих новый лесопромышленный комплекс. Я получил постельное белье у коменданта и, затолкав свой чемоданишко под кровать, побежал смотреть школы.

О Любе – где она? что с ней? – я почти ничего не знал. Предполагал, что она уже приехала в город и мы с ней встретимся.

Самое забавное: когда я пришел в новую школу и в сопровождении пожилой женщины-завхоза начал осмотр, то увидел в первой же классной комнате нескольких сидящих за партами ребятишек – вероятно, тех, кто был оставлен «на осень», – и с ними двух молодых особ – учительниц. Одна из них была Люба…

На следующий день Павел дал начальству согласие работать директором новой школы; а вечером был представлен Любиным родителям – Евгении Григорьевне и Семену Иосифовичу, у которых жених официально попросил руки дочери. Согласие было дано и на семейном совете было решено свадьбу сыграть после получения квартиры и сразу же готовиться к рождению ребенка.

Так все обговаривалось и планировалось, однако жизнь внесла поправки: дочка Ируська родилась раньше, в декабре, а квартиру дали немного позже и не одно-, а двухкомнатную – в семье теперь их стало трое. Пришлось свадьбу перенести на самый конец декабря.

Обычно мы приезжали в отпуск к маме в конце июня и, отключаясь от повседневных хлопот, суеты и печалей, расслаблялись по полной программе и беззаботно наслаждались мелкими бытовыми радостями. Мама, она же баба Дуся, весело поглядывала на нас с Любаней и посмеивалась:

– Скажи кому, что вы женаты восемь лет, – не поверят. Чистые молодожены.

– Что вы, мама, какие молодожены? – полыхая всем лицом от смущения, пыталась объясниться невестка. Свекровь она звала «мамой». – У нас с Пашей дочь нынче в школу пойдет. Невеста. И Алешке скоро будет четыре.

– Ну, дай Бог, чтоб и дальше у вас все было ладно.