За чертой полностью

Вы бы не сомневались, если бы подошли достаточно близко, чтобы учуять ее запах, подумала Местин. Она надеялась, что никто не станет провоцировать Шан. Если сейчас обнаружится ее гормональное превосходство, поднимется хаос, а хаос — это то, чего они сейчас никак не могут себе позволить.

Местин аккуратно расправила дрен, чтобы он образовал тунику с длинными рукавами. Забавно, Шан так восхищается «опалесценцией» этого материала — и до сих пор стесняется носить его. Интересно, а ей, Местин, хватило бы мужества, джаск, чтобы единолично принять решение — и объявить во Ф'наре — а заодно и во всем Вес'едже — состояние войны с новым врагом?

Она огляделась. По планете рассеяно около тысячи малых городов, и если и не все матриархи явились на сбор, то они наверняка видят и слышат все происходящее через телекоммуникационную сеть.

Виджисси уселся на задних конечностях неподалеку от Шан. Она чуть-чуть отодвигалась, словно хотела соблюсти некоторую дистанцию, но каждый раз он придвигался все ближе к ней. Он слишком серьезно воспринял указание присматривать за Шан. Местин подозревала, что он относится к ней с большой симпатией, но ни за что не согласится этого признать.

— Мы навсегда закроем Безер'едж для гефес, — сказала Местин. — Шан Чайл предоставила нам образцы тканей, чтобы мы создали эффективный барьер для гефес. Мы будем искать средства к созданию такого же сдерживающего оружия против исенджи. Возможно, источник уже есть. После этого мы сможем уничтожить Временный город и оставить безери жить в мире и спокойствии.

Боковым зрением Местин заметила, что голова Шан чуть-чуть дернулась и опустилась снова. Что-то удивило ее. Местин спросит об этом позже.

— Что вы сделаете с гефес, которые сейчас проживают на Безер'едже? — спросила Бюр из Паджатиса.

— Они не представляют угрозы. Мы предложим им поселиться здесь, на охраняемой территории, — ответила Шан.

— А если они откажутся?

Местин заметила, что Шан крепче стиснула пальцы за спиной. Но запаха не было, только случайные вспышки фиолетового.

— Тогда они умрут, — спокойно произнесла она.

— Мы предоставим войска, если потребуются высадка и военные действия, — сказала Бюр. — Все мы.

А потом они просто стали расходиться. Шан в замешательстве повернулась к Местин.

— И все?

— А ты ожидала большего?

— Я думала, военный совет продлится дольше нескольких минут.

— Мы достигли согласия. Это главное.

— Но детали тоже имеют значение.

Кроме них в зале остался только один мужчина — он паковал связки желтолиста. В этом году случился рекордно большой урожай.

— Что тебя удивило в моих словах, Шан?

— Что у вас есть источник ДНК исенджи. — Чужеродный запах мускуса, исходящий от Шан, несколько смягчали нотки вес'харского аромата. Голос ее звучал напряженно. Некоторые обертоны находились за гранью слышимости.

— Я подумала, что ты попросишь об этом Эдди Мичаллата. Он имеет доступ на Юмех.

— А-а. — Этот звук в речи гефес мог означать что угодно — от удивления до отвращения. — Ладно.

— Какие-то проблемы?

— Не представляю, как заставить Эдди добывать образцы тканей и как он это сделает, но в любом случае я попрошу его.

— Ты уже сказала Арасу?

— Еще нет. Но если он смотрел трансляцию в сети, то уже в курсе и мне предстоит чертовски сложный разговор.

— Как складываются ваши отношения? Он выглядит довольным.

— Все хорошо. По крайней мере было хорошо. Подробности узнаю, когда приду домой.

— А почему ты еще не поговорила с ним?

— Я знаю, как Арас переживает за своих друзей в Константине. А еще он не одобряет биологическое оружие, и мне казалось, что он может повлиять на мое решение.

— Не похоже, чтобы тебя легко было в чем-то переубедить.

— Ты просто не представляешь себе, насколько я хочу, чтобы он был счастлив, — сказала Шан и улыбнулась Местин одной из тех странных улыбок, которую и улыбкой-то не назовешь. Скорее, наоборот.

Ее руки время от времени вспыхивали фиолетовым, когда они выходили из зала. Местин могла бы поклясться, что видела слабую вспышку желто-зеленого цвета.

Но Шан не пахла ничем.

Арас отвел Эдди в подземные бункеры, как и велела ему Шан, и приложил огромные усилия, чтобы ничем не выдать, что запас вооружения у них очень ограничен. Эдди был страшно доволен отснятым материалом. Тоннели привели его в восторг. Похоже, ему нравилось делать красивые фотографии.

Камера-пчела порхала туда-сюда, снимая оборудование и боевые машины. Шан сказала, что на них нет ничего, что могло бы дать военным аналитикам гефес ключ к тому, как одержать победу. Арас же не привык к войнам, где враждующие стороны не знали, чем обладает, чего хочет и как мыслит противник.

— Твою мать, — сказал Эдди, — а в каждом городе есть что-то подобное?

— Да, — ответил Арас. Это была чистая правда. Он не стал добавлять: они боятся, что этого все равно недостаточно.

— Ты умеешь летать на этих штуках?

— Вот на этой, — сказал Арас. Он положил руку на обшивку истребителя, и кабина открылась.

Эдди щелкнул языком и заткнул уши.