Когда прапорщик произнёс эту фразу, её тело пробила дрожь. Мужчина снял туфли. И если бы не его шокирующая фраза об убийстве Олега, девушка бы удивилась его воспитанности. Обычно полицейские расхаживают по чужим квартирам в грязной обуви. Прапорщик прошёл в комнату и с разрешения Олеси и расположился в кресле.
– Я понимаю, что для вас это всё неожиданно. По правде сказать, сам долго не решался открыть вам правду. Но больше молчать я не буду, – несмотря на решительный тон, было заметно, что мужчина нервничал.
– Пожалуйста, расскажите, что вы знаете, – Олеся села напротив Тимофеева и с нетерпением приготовилась слушать.
– Вы, наверное, слышали, что Полянский стал свидетелем преступления. На его глазах убили его приятеля.
Олеся утвердительно кивнула. Она узнала об этом инциденте только после смерти Олега. Но подробности никто так и не пояснил.
– Валерий Дятлов умышленно протаранил мотоцикл Дмитрия Зеленского. Произошла авария, и Дмитрий погиб. В тот вечер Олег давал показания в нашем отделении. Я присутствовал при этом. Правда, часть разговора Олега со следователем я слышал за закрытой дверью, – Тимофеев на несколько секунд замолчал, видимо, вспоминая детали того разговора, – Как позже выяснилось, отец Дятлова и следователь Сидоренко – двоюродные братья… Олегу предлагали заткнуться. Сначала с помощью денег, затем с помощью угроз. Его избили, накачали наркотой и отвезли в больницу, чтобы получить результаты экспертизы. После чего у них на руках был документ, подтверждающий наличие в крови Полянского наркотических веществ.
Олеся слушала откровения прапорщика, и её лицо выражало ужас.
– Как такое вообще возможно?!
– Я тоже задавал себе этот вопрос. И даже пытался вмешаться, но наткнулся на необъяснимую враждебность. Меня пытались сломить, хотели научить жить по непонятным мне правилам. Но их слова воспринимались мной как что-то чужеродное, неподдающееся логике и здравому смыслу. Я не мог принять это, так же, как не мог сражаться в одиночку против оравы оборотней. Я ушёл из полиции. А потом узнал, что Олег мёртв. И сразу понял, что здесь не всё чисто. Знаете, я до сих пор чувствую свою вину за его смерть. Ведь я мог это предотвратить. Нельзя было молчать. Нужно было звонить во все колокола, стучать в двери высших инстанций, задействовать СМИ, в конце концов. Но я этого не сделал…
Тут Олеся вспомнила о странных звонках на телефон Олега. Он часто прерывал разговор на высокой ноте. А вдруг именно тогда ему угрожали? Олег ведь ей ничего не рассказывал, видимо, берёг от ненужных волнений. И неожиданно вспомнила об индейке, которую подбросили в его машину. Об этом она узнала тоже после его гибели. Возможно, таким образом его предупреждали о последствиях…
– Вы думаете, что смерть Олега не была случайной?
– Да. Полянский путался под ногами у влиятельных людей. Вы знаете, что мотоцикл, на котором он разбился, бесследно исчез?
Олеся удивлённо посмотрела на прапорщика, Алексей продолжил:
– Говорят, в день происшествия люди в полицейской форме погрузили его в Газель и отправились якобы на экспертизу. Но с тех пор ни мотоцикла, ни этих людей больше никто не видел. А в полиции только руками развели. После этого странного нюанса я понял, что Олега заказали.
Олеся никак не могла переварить услышанное. Её коробило от одной мысли, что Олега могли избить полицейские. Люди, которые должны защищать, творили с её любимым человеком такие зверства. Ещё больше её удивило исчезновение мотоцикла.
– Если Олега накачали наркотой, после чего его показания теряли силу, зачем тогда было его убивать?
– Не знаю. Может, для страховки. Олег бы всё равно не отступил. Ведь, несмотря на угрозы, он продолжал идти напролом.
Многое из того, что рассказал Алексей, не укладывалось в голове. Было очень много вопросов, которые, к сожалению, пока не имели ответы. И чем больше они терялись в догадках, тем сильнее крепло желание выяснить правду. Вот только к кому можно обратиться за помощью? Если «доблестные» полицейские могут безнаказанно избивать простых граждан, фальсифицировать факты и творить невообразимые беззакония, кто тогда им поможет? Олеся поняла одно: в одиночку им всё равно не справиться.
Олеся вошла в кабинет и увидела Влада. Он сидел на подоконнике и смотрел в одну точку. Его лицо не выражало никаких эмоций. Равнодушный, отрешённый, уставший взгляд. Олеся прислонилась к стене и тяжело выдохнула.
– Влад…
– Мне нужно было прислушаться к нему, – вдруг произнёс Влад, – Нужно было поддержать его. Ведь я был для него самым близким человеком.
Олеся подошла к Владу. Мужчина смотрел куда-то мимо Олеси, словно он говорил не с ней, а со стенкой. Олеся увидела в глазах Влада такую боль, что невольно потянула руку к его лицу. Но когда Влад продолжил, девушка убрала руку.
– Он просто хотел справедливости. Он с детства был таким. Столько тумаков получил в своё время за это. И я не всегда был рядом. Не всегда мог защитить его. Олег постоянно кого-то защищал, пытался вытащить из беды. Бывало, в ущерб себе… Но он не умел по-другому. Это было у него в крови.
