– Сейчас переключит, – доложила мне Ирина Николаевна драматическим шепотом, и вновь в трубку: – Да, Аленушка, спасибо... Людочка? Да, я. Нет, ничего не произошло, просто я хотела с тобой посоветоваться... Понимаешь, нам предложили компьютеры... В школу... Ой, Люда, у меня что-то на плите горит! Перезвони мне сама, минут через пять. Сможешь? Спасибо.
Ирина Николаевна положила трубку и с триумфом посмотрела на меня.
– Перезвонит. Кажется, поняла.
– Очень хорошо. Ирина Николаевна, вы были великолепны! А Алена ничего не заподозрила, как вам кажется?
– Вряд ли. Она, по-моему, в запарке. Трудится, – хмыкнула Ирина Николаевна.
Мы сели у телефона ждать звонка. Людмила позвонила ровно через пять минут.
– Да, Людочка. А ты звонишь со своего телефона? Ах, с сотового! Даю тебе Таню.
– Людмила, это я провернула такие сложные маневры. Алена ведет себя как обычно?
– Я бы не сказала. По-моему, она чувствует себя не в своей тарелке. И, между прочим, я случайно узнала, что она выходила на улицу и звонила там из телефона-автомата.
– Так. Когда? С чем это могло быть связано, вы не можете предположить?
– Отчего же, могу, – уверенно ответила Людмила. – Она это сделала вскоре после того, как нам позвонили и сказали, что с грузом все в порядке, придет в условленный срок.
– Очень хорошо. Значит, действуем по плану. Людмила, я немного все переиграла: своих людей вы отправляете на таможню и на усиление охраны трейлеров. А на складе будет профессиональная засада.
– То есть? – обеспокоенно спросила Людмила.
– Я договорилась, милиция пришлет своих ребят. И нам спокойнее – эти братки сразу попадут в надежные руки, – и им приятно – получат тепленькими преступную группу.
– Таня, но почему вы не согласовали это со мной? – возмутилась Людмила. – Я не хочу связываться с милицией, я надеялась это устроить в обход абсолютно ненужных мне официальных органов. И, наконец, я вовсе не горю желанием сделать им приятное! – Последнее она прямо выкрикнула.
Кажется, я поняла причину такой резко негативной реакции на столь любимую мной милицию: Людмила же сидела, а перед этим, ясное дело, имела долгие нерадостные отношения со стражами порядка, да и потом, вероятно, натерпелась от них.
– Людмила, не волнуйтесь. Во-первых, это не столько вмешательство в наши дела официальных органов, сколько помощь моих хороших друзей. И потом, ваше имя совершенно не фигурировало и фигурировать не будет.
– Ну, если так, – слегка сомневаясь, но все же более спокойно ответила Людмила.
– Именно так. Вы моя клиентка, и я не буду делать ничего такого, что могло бы хоть каким-то образом затронуть ваши интересы, – твердо заверила я.
– Спасибо, Таня. Простите, что сорвалась, но я действительно очень разволновалась, – уже совсем успокоенно произнесла Людмила.
– Ничего страшного. Я рада, что это недоразумение исчерпано. Итак, до встречи вечером. Не забудьте включить перед уходом камеру.
– Да, конечно. До встречи.
Я повесила трубку и обернулась к Ирине Николаевне, которая явно ждала моих объяснений:
– Ирина Николаевна, мне бы чуточку поспать, а то я свалюсь в самый ответственный момент. Я вам все обязательно расскажу, но не сейчас.
– Хорошо, – покладисто ответила моя замечательная учительница, накрыла меня пледом и выключила свет. Я тут же провалилась в сон.
Но и во сне мне не удалось отдохнуть, поскольку я была занята нудной, кропотливой и титанической работой – вручную плела «мировую паутину Интернета». В моем кошмарном сне она действительно имела вид паутины, и связать все узлы в ней должна была именно я. Как раз когда я крепкими веревками соединяла головные компьютеры ФСБ и ЦРУ, в мой сон внедрился голос Ирины Николаевны:
– Таня, звонит Людмила, волнуется, что тебя нет на месте.
Господи, идиотка ты, Иванова! Бить тебя некому! На часах – десять минут до начала операции! Следующие семь минут я все делала со сверхзвуковой скоростью, но зато за три минуты до начала операции (по нашим с Людмилой расчетам) я была на месте – в машине, которую Людмила взяла у кого-то на время. Машина была какой-то малопонятной расцветки, и главное ее достоинство заключалось в том, что она не бросалась в глаза. Стояла эта чудная машина в темном переулке так, чтобы нам был виден офис компании «Афина». Мы с Людмилой не отрывали глаз от входа и цепко держали каждая свой сотовый: ждали сообщений от своих групп. Между собой мы почти не разговаривали и вообще чувствовали давнишнее напряжение.
Вдруг запищала трубка Людмилы:
– Да... Хорошо... Когда? Спасибо, вы свободны.
Людмила отключилась и посмотрела на меня:
– Только что благополучно прошли таможню. Тронулись на склад. Ничего подозрительного.
– Ждем дальше, – отозвалась я, и мы вновь уставились на дверь офиса.
Вдруг что-то отвлекло меня: в дальнем боковом окне здания мне почудилось какое-то движение. Я вспомнила это окно! Я же сама в него лазила не далее как сегодня ранним утром.
Своим открытием я не замедлила поделиться с Людмилой:
– Людмила, Алена не так глупа, как мы думали: она не пошла через главный вход, а воспользовалась тем же путем, что и мы с Владиком.
