– По поводу церквей, массовой читки Библии и т. д. Ежели кто не помнит, увлечение религией считалось отрицательно влияющим на моральный облик строителя коммунизма, в лучшем случае песочили на партсобрании.

– Когда жили в военном городке, у нас был сосед-пилот, баптист. Кровавая советская власть доверяла ему истребитель.

– А я слышал, что баптистов не призывали на срочную службу.

– Это почему?

– Блин, где же правда, Дмитрий Юрьевич?

– Правда том, что за отказ можно было сесть.

– А все-таки, что такое «тоталитаризм»?

– Это когда вместо крестного хода по телевизору показывают «Кружатся диски».

– Говорят: вот там был тоталитаризм – а что это за зверь, сказать не могут.

– Может, не хотят, имея богатый опыт общения?

– Дим Юрич, есть какое-то объяснение, почему именно в Питере рождается волна?

– Coolтурная столица потому что. Через это от нас культура прет.

– Все, что заводит массы, – у вас. В конце концов, ты сам – питерец.

– Меня родили в городе Кировограде, на Украине, сюда привезли, когда было 8 лет. Местные меня за местного никогда не считали. Когда меня сюда привезли – это было во втором классе, – первое, что я заметил, это правильную речь одноклассников. Практически каждый знал разных слов чуть ли не вдвое против меня, а я не из самой темной семьи был. С возрастом, кстати, заметил, что даже уголовники питерские – и те говорят правильно и шутят атомно. Ну и далее, развитие личности очень сильно определяет среда – люди, с которыми ты общаешься, а толковых обученных граждан здесь очень много, общение поставлено хорошо, за деньгами бегать начали только недавно, когда Путин сюда денег подогнал. Полагаю, так.

– У Главного все ньюсы гиперболизированы!

– Да не может быть! Я хочу, чтобы меня любили!

– Гипербола – дело тонкое. Просто наворачивать заведомо грубые преувеличения – это не серьезно.

– Да что вы говорите? А 60 миллионов расстрелянных, о которых талдычат двадцать лет подряд, – это как, достаточно тонко? А постоянные рассказы о том, что было после гражданской войны, подразумевая всю историю СССР, – это достаточно тонко?

– Наличие каких-то педерастов не повод им подражать.

– Дорогой друг, я про написанное тобой обидное скажу. Подчеркиваю красным – не про тебя, я тебя не знаю, а про написанное тобой. Дорогой друг, надо быть сильно е…тым, дабы увидеть в этом тексте подражание.

– А ведь для кого-то все было именно таким, как описал Гоблин.

– О чем ты – для всех именно так и было.

– Да брось, в 80-х советская госпропаганда, кроме отторжения, ничего не вызывала, народ активно не верил. В военное и послевоенное время – да, была на приличном уровне, только она не коммунистическая была, а патриотическая, призывала к ненависти и мести к врагу.

– Как это – некоммунистическая?

– Основа была патриотическая, довешивалась немного коммунистической, в целом было сбалансировано, люди верили, отторжения не вызывало.

– Основа всегда была коммунистическая, камрад.

– В 80-х уже боролись две идеологии – официальная коммунистическая и особо циничная, по…истическая, которую исповедовала основная масса населения (по моим наблюдениям). Так вот, вторая заборола первую.

– Странное у тебя представление, камрад. Извиняй.

– Большинство народа верило в идею строительства коммунизма.

– Не так. Большинство верило в мессианскую роль русских – передового отряда человечества.

– Что пропаганда – очевидно. Странно другое, что настолько аляповатая. На совсем дурачков.

Перейти на страницу:

Все книги серии Библиотека «Мужского клуба»

Похожие книги