Дарья снова подметила чистоту на могиле. Возможно, Денис кому-то платит за присмотр.
— Ладно, — вздохнул грустно Денис, вставая со скамейки. — Выясню всё, и потом… — осёкся он на последнем слове. — Давай уходить.
Женщина поднялась следом, осмотрела свой внешний вид, отряхнула пальто и потерла платком руки.
Денис, аккуратно касаясь её спины, стал уводить Дарью.
— Динь… ты хоронил? Расскажешь мне, как всё произошло?
— Нет. Не я, — замотал мужчина головой.
Погода явно портилась. Солнечное настроение сменилось сильной облачностью. Порывистый ветер явно намекал на дождь.
— Денис!!!
Громкий оклик из-за спины заставил обоих остановиться. Денис, увидев позвавшего, озарился радостной улыбкой. Откинув голову, шумно выдохнул. Это был тяжёлый камень с души…
Дарья медленно обернулась, всматриваясь в приближающегося к ним мужчину. Немного неопрятно одет, с густой седой бородой и взлохмаченной, такой же седой, небрежной стрижкой. Он нёс в руках букет красных гвоздик, и его морщинистое лицо становилось слегка обеспокоенным.
Дарья поняла, что окаменела, вновь не могла пошевелиться. Жуткие мурашки побежали по телу от затылка до пят…
На глаза женщины накатили слезы моментально.
Белоснежный платок выпал из руки, и ветер понёс его в сторону подходившего мужчины.
— О, Боже… — очень плачевно протянула Дарья. Замотала головой в отрицание. Это просто не укладывалось в сознание…
Она оторвалась от Дениса и, не веря всему происходящему, пошла навстречу мужчине.
— Пап… — шептали её губы. — Пап! — постаралась крикнуть, но голос осип. — Папа!!!
— Папа!!! — закричала словно обезумевшая.
Дарья подскочила к мужчине и крепко прижалась в объятия.
— Папа… — слезы градом текли из глаз, превращаясь в безудержные рыдания. — Боже… — старалась прижаться как можно сильнее.
Она остановила плач и со счастливым взглядом всмотрелась в его лицо. Погладила ладонями по щетинистым щекам.
Мужчина стоял полностью потерянный. Волнительно смотрел в ответ и ловил Дениса глазами.
— Павел Юрьевич… — подошёл к ним Денис. — Даша, — будто указал на неё мужчине. — Я говорил, что она приедет. Другая ваша дочь. В Англии которая…
Дарья молниеносно заволновалась.
— Денис… что с ним?
— Даш, всё расскажу! Сейчас он вспомнит. Дать время нужно. Мозги очень медленно соображают.
Павел помельтешил глазами.
— Дашенька, — заулыбался он, смотря на неё. — А, да. В Англии. Аманда, внучка моя. Дочка Ваша, — перевёл взгляд с Дарьи на Дениса.
— Да. Я фотографию Вам показывал, помните? Да?
— Да. Ух, Дениска, любишь ты сюрпризы устраивать, — посмеялся Павел. — Дашенька! — прижался теперь он в объятия к Дарье.
— Пап, — дотронулась женщина губами до колючей щеки.
— Дашенька, цветы помяли. Для Оксанушки, — мужчина разорвал объятия и поспешил положить букет к памятнику.
— Оксанушка. Дочь моя старшая. Я хоронил, — бормотал при этом мужчина обрывчатыми предложениями. — Каждую неделю хожу, цветы свежие всегда. Вот, Дениска сказал, что сегодня надо. Я пришел. Только опоздал немного, электричка не пришла вовремя.
Со стороны непонятно совсем, кому говорил всё это Павел. Дарья задышала чаще, потому как, понимала, что отец не совсем в здравом уме. Она обеспокоенно посмотрела на Дениса, будто молча задала вопрос.
— Я всё расскажу, не переживай, — ответил он ей вполголоса.
— Вот, цветы свежие, — продолжал свой щепетильный монолог Павел. — Воды в следующий раз принесу. Денис сказал прийти, я пришёл. Вот и помаду тебе кто-то положил, — он повертел футляр в руках.
— Пап, это я подарила ей, — Дарья приятно заулыбалась, смотрела тёплым и ласковым взглядом, погладив отца по волосам.
Не могла налюбоваться на родного и когда-то утраченного человека. Женщина приметила обширные рубцы на коже головы, которые проглядывали как прореха в седине. Дарья сглотнула и с большой тревогой осмотрела шрамы –– голова отца словно сшита заново.
Снова посмотрела на Дениса, тот досадно сжал рот.
— Да, Оксанушка любила губы красить. Помню… И красит, и красит у зеркала… Трюмо такое было. Лакированное, — продолжал Павел.
— Пап, ты помнишь, да? — заглянула на него сбоку Дарья.
— Мхм, — кивнул ей отец.
— Прогресс, — поднял указательный палец Денис кверху. — Даже трюмо вспомнил, — чуть посмеялся.
— Папуля, — умилялась Дарья, погладила снова по голове, по щеке.
Достала расчёску из кармана и провела по волосам, причесала в прилежную аккуратную причёску, стараясь закрыть шрамы.
— Да. Дениска жил напротив. Я помню. Дружили вы. Теперь, вот, муж и жена…
Дарья от такого заявления сердито нахмурилась в сторону Дениса. А тот показал ладонью, что не имеет отношения к этому ложному убеждению.
— Внучка моя Аманда…
Женщина поняла, что отец бормочет всё, что возникает у него в мыслях.
— Денис, ты на машине? — вдруг повернулся мужчина к Денису.
— Конечно, — кивнул он в ответ.
— Подвезешь меня?
— Естественно!
Дарья приобняла отца за плечо и неспешно пошла с ним по тропинке. Оглянулась ещё несколько раз на удаляющийся образ Оксаны. Ей показалось, что улыбка сестры стала довольней.