- Не знаю! - отрезала Прасковья и по очереди показала пальцем на членов своей пятерки, называя мне их имена и фамилии: - Гаврила Пустоглазов, Степан Твердолобов, Никодим Болванкин и Ефросинья Безголовко.
- Очень приятно, - соврал я, вынужденно пожав протянутые мне руки.
- Ну вот, вся моя пятерка в сборе, - облегченно вздохнула Прасковья. А то старший сказал, что лишит меня премии, если хотя бы одного не досчитается.
Честно говоря, мне было неприятно находиться в обществе "Марширующих". Их интеллектуальный уровень был весьма невысок. Происходили они из небогатых семей и вступили в движение только ради денег, которые выплачивали им за участие в мероприятиях. Все разговоры "Марширующих" сводились к одному: сколько денег заплатят за сегодняшнее мероприятие, сколько пива на них можно купить и когда произойдет следующая оплаченная акция.
Я уж было пожалел, что позволил втянуть себя в эту толпу, так как понял, что придется задержаться тут на довольно продолжительное время. Я-то рассчитывал подзаработать немного денег, чтобы доехать до дома Наула Назеля. Конечно, в моих карманах лежала немалая сумма... но в рублях, а не в местной валюте... Стоп! Зачем мне деньги, если я могу воздействовать на людей? Ведь мне достаточно будет внушить кондуктору или кассиру, что я заплатил им за проезд.
Я начал медленно отходить от своей пятерки, рассчитывая исчезнуть по-английски, не попрощавшись.
Остановил меня строгий голос:
- Не кажется ли вам, что ваше место у Параши?
Это произнес начальник соседней пятерки. Похоже, у "Марширующих" была строгая внутренняя дисциплина, все следили друг за другом. Не в моих интересах было привлекать к себе внимание, ведь у меня в кармане лежал нож, в рюкзаке - три диска от циркулярки, а документов не было никаких. Поэтому я сделал вид, что увидел вдалеке кого-то знакомого, помахал рукой и вернулся к пятерке Прасковьи Пубертатной.
Через некоторое время по толпе прошелестела информация:
- Акивуменко приехал.
Неподалеку притормозили три больших черных автомобиля. Автомобили в Изначальном мире чем-то напоминали больших жуков, они были круглобокие, обтекаемые, с большими выпуклыми фарами. Из автомобилей вышли молодые люди и боблины в хороших дорогих костюмах. Толпа приветствовала их радостными криками.
Один из боблинов поднес ко рту мегафон и сказал:
- Приветствую вас, молодая надежда Колоссии!
Толпа ответила новыми воплями:
- Да здравствует Акивуменко! Когда деньги дадут?!
Молодой боблин оскалил клыки в широкой улыбке:
- Не волнуйтесь! Каждый из вас будет вознагражден за участие в мероприятии движения "Марширующие". Но сначала о деле. Все вы знаете, зачем мы здесь собрались. Сегодня в Главном Учебном Заведении Колоссии будет выступать знаменитый режиссер Микита Нахалков. Наша задача - выразить свое восхищение его талантом и поддержать его гражданскую позицию. Аплодировать будете по моему приказу. Крики "браво" - по особому распоряжению. Да, и еще одно: все вы знаете, что среди отдельных студентов ГУЗКа имеются недоброжелательные и инакомыслящие элементы, которые не поддерживают курс Колоссии на свободу и счастье. До нас дошли сведения, что эти выродки готовят какую-то провокацию против Микиты Нахалкова. Поэтому будьте особенно внимательными, не покидайте свои пятерки. О любом чужаке немедленно сообщайте своему непосредственному начальнику, и далее - по цепочке. Всем все ясно!?
- Ясно! Ясно! - завопили люди и болины.
Я забеспокоился, что Прасковья Пубертатная выдаст меня - самого настоящего инакомыслящего чужака. Но, скорее всего, девица была больше озабочена тем, чтобы собрать пятерку и выполнить распоряжение вышестоящего руководства, так что не собиралась лишаться одного из членов группы.
- Стройтесь! - скомандовал боблин Акивуменко.
Его хорошо одетые помощники распределились по толпе, окликая начальников пятерок и отдавая им распоряжения. Толпа быстро принимала организованную форму.
- Стройтесь по двое! - приказала Прасковья нам, своим подчиненным.
Подобно остальным "Марширующим", мы встали попарно, причем рядом со мной оказалась Ефросинья Безголовко. Она демонстративно смотрела прямо вперед и не обращала на меня ни малейшего внимания. Помощники Акивуменко быстро прошлись вдоль строя, подсчитывая количество собравшихся. Начальники пятерок заискивающе смотрели на своих начальников и покрикивали на замешкавшихся подчиненных.
- Пошли! - отдал команду Акивуменко.
Длинная вереница "Марширующих" потянулась к главному входу в ГУЗК. Так же организованно нас провели через огромный холл, потом мы прошли по длинному коридору и оказались в большом актовом зале. "Марширующие" заняли все первые ряды. Обернувшись, я увидел, что на задних рядах рассаживаются немногочисленные "вольные" зрители - студенты Главного Учебного Заведения.
