Он точно не готов был жертвовать собой. Созданная им нездоровая ячейка общества, держащаяся на его диктате, была ему интересна, пока он был жив сам. Ему было плевать, что с ней станет без него. Погибать он не собирался, потому Матвею и удался его блеф. Брайан опустил оружие.
– Не будет вам покоя нигде, – пригрозил он в своей манере.
– Не твоё дело! – выкрикнула очухавшаяся за спиной Матвея Кейт. – Я бы и мать от тебя забрала, да поздно уже, сломал ты её.
Отчим ухмыльнулся. Глаза его выражали ярость. Он был близок к безумию. Матвей понял это и попросил сестёр налечь на вёсла, держа Брайана на прицеле.
– Ты мне ответила, сколько у него патронов в автомате? – переспросил Матвей.
– Я не знаю, – призналась Кейт.
– Один, – произнесла Глория. – Он потратил много на койотов, когда искал тебя. Оставил один и сказал, что это на крайний случай.
– Крайнее некуда, – подумал вслух Матвей.
Они отошли от берега метров на двести. Выбрались из спокойной бухты на большую волну. Брайан не уходил, чего-то ждал.
– Что ему нужно? – заволновалась Кейт.
– Ждёт, когда нас нечистые потопят, – пошутил Матвей, почувствовав себя в относительной безопасности.
Брайан прилёг за камни и выставил винтовку, будто собирался стрелять из положения лёжа.
– Он целится, – испугалась Кейт.
– На дно, живо! – Матвей поднял со дна шлюпки все вещи.
Кейт схватила сестру и упала с ней вниз. Осадка шлюпки позволяла находиться чуть ниже уровня воды и надеяться на то, что пуля, если шлёпнется в воду перед ней, потеряет часть энергии и не убьёт в случае попадания.
– Матвей, падай к нам! – взмолилась, испугавшись за его судьбу, Кейт.
Он не собирался этого делать, желая скорее удалиться на большое расстояние. Матвей мощно работал дюралевым веслом, отчего лодка вертелась, как юла. Над камнями сверкнула вспышка и в тот же миг в борт лодки ударила пуля. Матвей вскрикнул и схватился за ногу. Из штанины потекла кровь. Кейт кинулась к нему, но Матвей её остановил.
– Ерунда, смотри, он нам дыру в борту сделал.
Из маленькой дырки в левом борту тонкой струёй била вода.
– Глория, заткни её пальцем, а я пока придумаю из чего сострогать чопик.
Матвей погрозил автоматом в сторону берега. Брайан, не выпрямляясь, исчез за камнями, будто уполз.
– Больно? – Кейт уже резала на лоскуты первую попавшуюся под руку тряпку.
– Начинает болеть и жечь, онемение проходит.
Матвей аккуратно задрал штанину чуть выше раны. Дырка, сочившаяся кровью, была одна. Пуля застряла в мягких тканях голени.
– Перед тем, как мотать рану, надо вынуть пулю, – Матвей предположил, что инородный предмет может вызвать воспаление раны.
– Как это сделать? Рана маленькая и тебе будет очень больно, – глаза Кейт набрались влагой из-за сочувствия Матвею.
Она подтёрла сворачивающуюся кровь и сполоснула тряпку в воде, появившуюся на дне шлюпки.
– Ладно, давай замотаем, пока я не устраню течь. Отплывём подальше, чтобы ваш родственник не забросал нас камнями или не решил догнать на плоту.
– Он нам не родственник, – буркнула Глория.
– И у него нет плота. Он рыбачит с берега. У него водобоязнь.
– Ясно, симптомы, как у человека во время бешенства, – Матвей случайно вспомнил про это.
Сёстры не поняли его шутку, потому что никогда не слышали об этой болезни.
– Он всегда боится воды, даже когда бывает спокойным.
– Ладно, Бог с ним. Кейт, садись на одну сторону, я на другую и будем грести к моему острову.
Вдвоём лодка управлялась проще, и толку было намного больше. Спустя час они подошли к противоположному от материка берегу острова. Матвей чувствовал, что боль усиливается, пульсируя вокруг раны. Превозмогая её, он выбрался на берег, стараясь не мочить рану. Срезал ствол какого-то кустарника и вернулся назад. Обтесал от коры и отрезал чурку длиной с палец.
– Отпусти, примерюсь, – попросил он Глорию, до сих пор затыкающую пулевое отверстие в борту пальцем.
– Спасибо. Палец уже онемел, – она убрала его, и вода снова потекла внутрь.
Матвей приставил деревяшку к отверстию, чтобы получить представление о размере клина.
– Держи, – приказал Матвей девушке снова.
– Ох, – скуксилась она.
– Отдохни, я сама подержу, – сжалилась над сестрой Кейт. – Глория, если ты хочешь есть, открой ту сумку.
Глаза сестры заблестели. Она полезла в сумку и сразу же начала издавать радостные возгласы.
– А я, признаться, думала, что еды у вас с собой не будет. Если вы нечистые, как говорил Брайан, то она вам ни к чему, а если вы люди, как я, то откуда ей у вас взяться. Сами, наверное, не доедаете.
– Так, сестра, бросай эти дурацкие разговоры про чистых и нечистых. Мы на другой территории, где представления Брайана не работают. Я нормальная и Матвей нормальный, и ты теперь будешь нормальной, еды у нас наготовлено впрок, а всё потому, что Матвей не ограничивает себя никакими выдуманными представлениями о мире. И я научилась у него этому.
Глория вынула из сумки рыбный рулет, состоящий из слоёв вяленой рыбы и ферментированных водорослей, туго стянутый верёвкой. Понюхала его, подозрительно посмотрела на сестру, потом на Матвея, с улыбкой взирающего на Глорию. Попыталась откусить, но ей мешала верёвка.
