– Очень. Там все ездят как попало. Ты же была там, да? Я помню, что была. Короче, я на всех поворотах глаза закрывала. А Паша, наоборот, любит скорость, я чуть не умерла с ним, ехала с закрытыми глазами, короче, повторять я это не стала.
– Что ты тут делаешь? – спросила Даша.
– Да я же вон, – она показала на дом культуры в конце сквера, – на танцы ходила. Только там идиоты все. Я психанула и ушла.
– Что случилось-то?
– Да ничего! Мы со Стасом с первого класса вместе танцуем! Я всего два занятия пропустила, пока мы были на море! Прихожу, а его с какой-то девчонкой новой в пару поставили. А меня одну оставили. Вроде бы пока все не вышли после каникул, а потом видно будет. Ну что это – видно будет, мне пока вообще туда расхотелось, а главное, Стаса все устраивает. Ты-то сама как?
– Я нормально. – Даша замолчала и постаралась улыбнуться.
– Покажешь?
– Смотри. – Даша приоткрыла полог коляски, чтобы Лиза заглянула в нее.
– Лапочка какая, – заулыбалась Лиза. – Малышечка. На кого похожа?
– Мы сами не знаем. Вроде на Димку больше, чем на меня. Дима говорит, что губы мои, а глаза его, серые, – сказала Даша и снова укрыла Соню.
– Как назвали?
– Соня.
– А чего такое имя популярное? У нас в классе три Сони.
– Это в честь Диминой бабушки. А я еще решила, что, может быть, спать будет хорошо.
– И как спит?
– По-разному, – хмыкнула Даша. – Бывает, что плохо, а бывает, что и очень плохо. Слушай, – спросила она после паузы, – что про меня говорят в школе?
– Ничего, – ответила Лиза.
– Так уж и ничего?
– Ладно. Вместо биологии приходила тетка из центра планирования семьи и рассказывала, как важно соблюдать осторожность и какие бывают способы. Все ржали, как психи. А Лариса Степановна на каждом уроке сообщает, как ей плохо без Рыковой, потому что остальные всё забыли за лето, а вот если бы пришла Даша… Ну и еще физрук. «Рыкова так сильно не хотела сдавать нормативы, что с перепугу родила».
– Придурок.
– Это точно.
– А наши говорят что-нибудь?
– Слушай, это же неважно на самом деле. Но ничего особенно обидного. Я бы точно не обиделась. Так, прикалываются, дурацкие шутки, честно. Мне кажется, на самом деле многие сочувствуют. Кто-то и завидует, у вас же любовь и вообще. Ты лучше скажи, больно было?
– Больно, но терпимо, – сказала Даша. – Я думала, будет хуже.
– Интересно, почему в сериалах тогда все рожающие орут как резаные.
– Я тоже боялась, что так буду орать, но мне сделали укол в позвоночник, и потом почти не было больно. Только оченьочень тяжело все равно, у меня никак не получалось. Ты как будто выпихиваешь из себя волейбольный мяч, – призналась Даша. – Или вообще баскетбольный.
– А укол больно?
– Укол как укол. Только когда его делают, нельзя шевелиться, а я очень боялась, что дернусь.
– Вообще не могу себе это представить, – отвернулась Лиза. – Ты когда вернешься? В этом году? С нами будешь сдавать?
– Нет, я год пропускаю, – сказала Даша. – Мы решили, так лучше.
– Ну да, нам говорили. Но это ты зря, я считаю. Я бы на твоем месте старалась все успевать. С другой стороны, меня так все достало, – вздохнула Лиза.
– Это тебя за неделю уже все достало?
– Конечно! Ты что, забыла нашу школу? Меня уже ко вторнику все достает так, что хоть плачь. Пока не забыла, ты продиктуй мне свой номер, а то у меня старый телефон украли. Надо как-нибудь встретиться всем вместе, ты же можешь ее с кем-нибудь оставить?
– Она ест примерно каждые два часа и не спит без меня, так что…
– Как это – не спит без тебя?
– Надо рядом с ней лежать, она просыпается, если я отхожу. А иногда вообще надо ее спящую на руках держать.
– Ну проснется, и что?
– Будет орать.
– Я бы на твоем месте точно свихнулась, – решительно сказала Лиза.
В последний раз Даша видела ее в мае, за месяц до рождения Сони. К тому времени Даша перестала ходить на уроки и в очередной раз шла в клинику, через школьный двор, чтобы сократить путь. Она шла животом вперед, как дирижабль, и казалась себе невозможно толстой. Кое-где лежал снег, но день был по-летнему теплым. Лиза с девчонками без курток сидели на скамейке у спортивной площадки. Даша хотела сесть с ними, потрындеть как ни в чем не бывало, если бы они потеснились. Но Лиза взглянула на Дашу так, будто никогда не знала ее, а остальные вообще никак на нее не смотрели.
– А на бёздник мой придешь? – спросила Лиза. – В субботу в пять у меня. Родителей не будет.
– Может быть, – ответила Даша. – Я не знаю.
– Ты скажи, если бы не ребенок, ты хотела бы прийти?
– Ага.
– Вот и приходи. Обязательно приходи, слышишь?
Соня начала возиться и поднывать.
– Что это она у тебя? – спросила Лиза.
– Может, голодная, может, холодно ей.
– А как ты ее понимаешь?
– Методом проб и ошибок. – Даша вынула дочку из коляски и принялась ее укачивать. – Ты же, например, свою кошку понимаешь, хотя она и не говорит.
Сонины щечки были холодными. Лиза погладила Соню по ножке.
– Правда, хорошая такая, словно куколка.
– Конечно, ты у меня очень хорошая, – сказала Даша Сонечке. – Самая лучшая девочка на свете.
