За границей льдов (ЛП) полностью

Как и на стартовой точке, аппарат снова плавно завис.

— Мы собираемся сделать второй проход, — сказал Гарза, — возьми севернее, чуть отойди от палубы корабля и опустись ниже. Направляйся к третьей отметке.

Гидеон знал, что на этом этапе его разведки субмарина будет находиться близко к морскому дну, сканируя крушение в поперечном разрезе, поэтому он послушно выполнил маневр к требуемой отметке и начал сканирование.

Это оказалось более драматичным зрелищем — двигаться всего в тридцати футах над морским дном и наблюдать обломки крушения со стороны. Поскольку обе части корабля лежали на боку, Гидеон теперь смотрел прямо на палубу, которая слегка деформировалась из-за удара о морское дно.

— Что это? — вдруг спросил он. Прищурившись, он смог разглядеть тонкий кабель, лежащий на морском дне и уходящий в темноту.

— Мы тоже его видим, — сказал Гарза. — Хорошо, тормози. Сойди с запрограммированного пути и подойди к нему.

Гидеон постепенно замедлил аппарат, пока тот не остановился примерно в десяти футах над странным проводом, и стал изучать его в обзорное окно.

— Может это трос или кабель корабля? — спросил он.

— Нет, — ответил Гарза. — Слишком длинный. Подойди к нему еще ближе, пожалуйста.

Гидеон сдвинул джойстик, и аппарат завис в пяти футах над тросом. Он был гладким, безликим, не толще карандаша и того же серого цвета, что и морской грунт. Теперь, когда Гидеон висел так близко надо дном, он различил и другие, похожие тросы, лежащие на морском дне, причем некоторые из них были полностью или частично захоронены в ил, но все как один уходили в темноту в неизвестном направлении.

— Ты заметил, что все они ведут в сторону метеорита? — спросил Гидеон. — Я хотел бы проследить за ними.

Кратковременное молчание.

— Мы не советуем тебе этого делать, — сказал Гарза. — Вернитесь к осмотру, мы изучим их позже.

— Мой осмотр «Ролваага» завершен. Так как мне все равно по пути, я бы очень хотел это сделать.

Снова молчание. Без сомнения, там, наверху, они совещались, отключив микрофон связи.

— Ладно, так и быть, — вернулся Гарза. — Иди, но медленно, и не входи — повторяю — ни в коем случае не входи ни в какое облако ила, если оно имеется, и не приближайся ни к каким действующим гейзерам. Держись подальше от всего, что выглядит необычно или неестественно.

— Принято.

Гидеон повернул «Ринго» и направился вдоль узких змееподобных тросов, лежащих на морском дне. По какой-то причине от них его бросало в дрожь.

И затем, в иллюминаторе фронтального обзора, Гидеон увидел, что прямо перед ним массивные, неясные, надвигающиеся очертания начинают обретать невероятную форму.

— Вы видите это?.. — выдохнул ошеломленный Гидеон.

— Да, — отозвался Гарза сдержанным тоном. — И сонар теряет тебя в облаке.

— Но вода совершенно чистая.

— Мы видим то же, что и ты.

Гидеон инстинктивно замедлил аппарат до черепашьей скорости. Экран его сонара отображал лишь статические помехи. Тем не менее, передние прожекторы подводного аппарата исправно выполняли свою функцию и хорошо осветили всю фронтальную область, простиравшуюся перед ним.

— Боже мой, — пробормотал Гидеон.

Из темноты выступило гигантское, древоподобное нечто: гротескное, ветвистое образование, произрастающее из морского дна и обтянутое неровным, напоминающим кору покрытием. Оно настолько возвышалось над батискафом, что его верхушка терялась в темноте, вне диапазона дальности его огней. А оно уходило все выше и выше.

— Стой! Дальше ни шагу! — скомандовал Гарза, но Гидеон и так уже остановил аппарат.

Стояла гробовая тишина, и Гидеон все никак не мог оторвать взгляд от ошеломляющего зрелища. Провисающие пучки тросов, вдоль которых он следовал, вились по морскому дну, пока не достигали огромного образования, где объединялись и группировались в его нижнюю часть, создавая тем самым некое подобие корневой системы. Гидеон увидел огромное количество других подобных придатков, сходящихся со всех сторон и вливающихся в основание структуры.

— Срань господня, — пробормотал Гидеон.

Гарза снова заговорил, и его голос звучал нехарактерно напряженно:

— Время возвращаться на поверхность.

— Я подойду ближе, — пробормотал Гидеон и сдвинул джойстик вперед.

— Нет, не подойдешь, — и на экране управления аппаратом появилось сообщение: «УПРАВЛЕНИЕ ПЕРЕДАНО НА ПОВЕРХНОСТЬ».

Субмарина перестала отвечать на движения джойстика. Гидеон услышал лязг, когда был сброшен железный балласт, и подводный аппарат начал всплывать.

— Эй!

— Извини, — сказал Гарза. — Мы тебя поднимаем.

Но Гидеон уже забыл, что хотел сказать. По мере подъема субмарины стали видны необъятные размеры чужеродной структуры. Батискаф всплывал под углом, постепенно удаляясь от дерева, и как только его центральный ствол стал делиться на то, что выглядело, как скопления ветвей, оно исчезло во мраке, скрывшись за диапазоном видимости огней аппарата.

— Тридцать девять минут до поверхности, — раздался жесткий голос Гарзы.

Когда чернота вновь окутала все обзорные иллюминаторы аппарата, Гидеон мог только представить, какой ужас сейчас охватил весь Центр управления миссией.