Не говоря ни слова, Брамбелл поднял длинный нож и начал делать Y-образный разрез от мечевидного отростка до лобковой кости.
— Насколько я понимаю, мы занимаемся жизненно важным делом, так что идти нам никуда не надо.
Как будто в ответ на его слова раздался телефонный звонок. Сакс подняла трубку.
— Это Гарза. Он хочет видеть нас на ангарной палубе. Глинн требует краткий доклад.
Брамбелл с сожалением отложил нож. Пока, по крайней мере, о спокойной обстановке приходилось только мечтать.
Гидеон присоединился к Глинну и остальным лидерам миссии в дальнем углу палубного ангара. Глинн — который был занят срочной беседой с доктором Брамбеллом и Антонеллой Сакс — одарил его лишь рассеянным кивком. Золотой шар солнца медленно закатывался за линию горизонта, оставляя на небе рыжеватое свечение. Освещение палубы только что включили, и ангар буквально утонул в жутком желтом свете.
Палубный ангар был переполнен, всюду царило суетливое движение, звучали разговоры и напряженный ропот, чьи-то громкие увещевания и рассказы. Осмотрев толпу собравшихся, Гидеон искренне оторопел от глубины беспокойства — если не ужаса — которое испытывали все эти люди, их переживания буквально читались на лицах.
Глинн шагнул вперед, и Гидеон понадеялся, что он сможет сработать местным магическим успокоительным, хотя очень сомневался в этом, учитывая, сколько народу здесь собралось.
Глинн поднял руки, и ангар погрузился в тишину.
— Как вы все знаете, образец, который мы доставили на борт — то, что мы считали длинным корневым отростком или щупальцем — исчез из подготовительной лаборатории. Мы знаем, что маленькие червеобразные придатки, отколовшиеся от основного экземпляра, сумели внедриться в качестве паразитов, как минимум, к трем членам команды… вероятно, была и четвертая жертва — все они сотрудники лаборатории экзобиологии. Крейг Уэйнгро, лаборант, который случайно застрелился во время борьбы в Центре управления, был поражен паразитическим червем. Сканирование КТ показало, что другие два специалиста лаборатории экзо — Риз и Стальвезер — также были заражены, черви укрылись в их мозгу. Теперь их обезвредили и закрыли на гауптвахте.
Толпа вновь начала беспокойно шуметь.
— Прошу вас, — требовательно крикнул Глинн, призывая всех к спокойствию, — мне нужно сказать вам еще кое-что.
Снова наступило молчание.
— Есть вероятность, что мистер Фрейн, ведущий специалист также был заражен, и это, как мы считаем, обуславливает его действия, когда он украл батискаф. Доктор Брамбелл и доктор Сакс только что завершили вскрытие одного из червей, и у нас есть дополнительная информация и предварительная версия, которой мы можем с вами поделиться.
По толпе снова прокатилась волна ропота, кто-то призывно что-то выкрикнул.
— Пожалуйста! — в очередной раз повысил голос Гарза, шагнув вперед. — Помолчите и позвольте доктору Глинну закончить.
— У всех так называемых червей наличествует единственный зуб. Он состоит из углеродистого соединения высокой прочности, которое, по-видимому, может проделать дыру в стали и в любом другом материале. Мы склонны предполагать, что скоро черви распространятся по всему кораблю. Нам удалось установить, что они, похоже, нападают на людей, пока те спят. Они вводят жертву в своеобразный наркоз и проникают в мозг. Период анестезии длится часа два или около того, дальше жертва продолжает спать обычным сном.
— Откуда вам все это известно?! — выкрикнул кто-то.
— Это лишь рабочая гипотеза, основанная на свидетельских показаниях, наблюдениях и логических выводах.
— Нам нужно убираться отсюда!
Гидеон взглянул в сторону говорившего. Там стоял Мастерсон — второй инженер корабля, который уже выражал недовольство на собрании, состоявшемся после смерти Александры Лиспенард.
