Какой слепой случай, какая прихоть судьбы, какой причудливый всплеск подсознания заставили ее этой ночью выбрать единственную из всех дорог, ведущую к этому проклятому месту? Теперь она точно знала, где находится. Здесь все началось. Здесь она впервые узнала, что в мире существует Зло.
Странноприимный дом Беккетта для детей-сирот.
Грейс подошла поближе. Сейчас казалось невероятным, что все ее детство - десять долгах лет - прошло в этих стенах. Но слов из песни не выкинешь. Ее даже нашли неподалеку - всего в нескольких милях от приюта. Маленькая девочка, лет трех, бродила совсем одна по горному склону. Какие-то сердобольные личности привели ее в приют, где девочку записали под христианским именем Грейс и дали фамилию Беккетт - в честь спонсора и основателя этого богоугодного заведения. Именно здесь она начала учиться врачевать чужие раны.
Большая часть крыши обрушилась внутрь во время пожара. Чудом уцелевшие в рамах осколки оконного стекла щербато скалились на мир, хищно поблескивая в лунном свете. Кто-то потрудился отодрать с одной стороны прибитый к стоякам парадного деревянный щит. Теперь он косо висел на вывернутых гвоздях, лишь тенью своей преграждая доступ к двери. Она тоже пострадала при пожаре, о чем свидетельствовали обугленные шрамы ожогов. Да и все здание ныне являло собой опустевшую оболочку - вроде сброшенной змеиной шкуры, почти ничем не напоминая о некогда гнездившемся внутри Зле. Едва уловимый запах гари ощущался в воздухе и сейчас, спустя столько лет, но пожар был лишь последним звеном в цепочке событий. Задолго до него не раз слышалось в этих стенах зловещее уханье сов и тянулись из мрака чьи-то костлявые руки.
Голос за спиной заставил Грейс вздрогнуть и вернуться к реальности.
- Могу я чем-нибудь помочь, дитя мое?
Она судорожно глотнула воздух - как ныряльщик, вернувшийся на поверхность после затянувшегося погружения, - и резко обернулась. Ударивший в лицо свет фар заставил ее прищуриться. Грейс не слышала его приближения и не понимала, откуда взялся этот похожий на воронье пугало высоченный старикан в черном сюртуке и брюках старомодного покроя, мешком сидящих на его скелетоподобной фигуре. Он стоял, наклонив голову и глядя на нее блестящими глазками цвета обсидиана, странно контрастирующими с изрытой множеством морщин пергаментной кожей лица.
- Кто вы? - прошептала она, частично догадываясь, не успев закончить вопрос, каким будет ответ. Было в этом старике с его нелепым костюмом, вышедшим из моды еще в прошлом веке, и исполненным древнего знания и мудрости взглядом нечто такое, что сразу напомнило Грейс о встреченной в парке девочке с фиолетовыми глазами.
Длинными костлявыми пальцами незнакомец коснулся широких полей своей черной пасторской шляпы и склонился перед ней в шутовском поклоне.
- Меня зовут Сай, - сообщил он скрипучим голосом, вызывающим ассоциацию с насквозь проржавевшим подшипником, в который добавили каплю масла. - Брат Сай, с вашего позволения. Поставщик веры, торговец спасением, пророк Апокалипсиса. К вашим услугам, леди!
- З-здравствуйте, - растерянно пролепетала Грейс, не в состоянии переварить столь необычное представление за один прием. Она машинально посмотрела вниз, на свою раскрытую ладонь, но узрела в ней не визитную карточку, а лишь лучик лунного света. Да и тот, просочившись сквозь пальцы, метнулся в сторону и куда-то пропал. В попытке скрыть замешательство она выпалила первое, что пришло в голову: - А я Грейс. Грейс Беккетт.
Брат Сай рассеянно кивнул с таким видом, будто он либо уже в курсе, либо ему попросту наплевать. Взгляд его скользнул мимо Грейс и остановился на покрытой копотью и сажей бетонной скорлупе бывшего приюта.
- Тяжек и мрачен гнет прошлого над этим местом, - задумчиво произнес он. - Вы ведь тоже это чувствуете, не так ли?
- Да, - призналась Грейс после паузы, потому что так оно и было.
Брат Сай коснулся пальцами обгоревших досок.
- Даже огонь и время не могут заставить дерево забыть. Память о былом зле навсегда въедается в самую его сердцевину.
Грейс стиснула руки на груди. Откуда им столько известно? Им обоим: этому карикатурному проповеднику в нелепом одеянии и хрупкой маленькой девочке с кукольным личиком?
- Кто вы? - снова прошептала она умоляющим тоном. Физиономия брата Сая растянулась в улыбке, больше похожей на оскал, - пугающей и озорной одновременно.
- Мы те, кто мы есть и кем были всегда. Странствуем там, куда забросит судьбой, и поступаем так, как подсказывает наша природа. А ты можешь ответить, кто есть кто, дитя мое?
Душевное состояние Грейс и крепнущее чувство отстраненности от всего, что она прежде считала незыблемой реальностью, позволили ей почти проникнуть в смысл туманных слов проповедника. Она отвернулась и окинула задумчивым взором развалины приюта.
- Неужели нам так и не дано освободиться от прошлого?
