— Помочь вы, конечно, не сумеете, — сказал Бэнкс. — Мы топчемся на месте, поэтому решили начать все сначала, взглянуть на дело с иной точки зрения.
В двери появилась жена Рея; при виде Бэнкса и Уинсом, пьющих чай в компании с ее супругом, на лице Виктории появилось выражение неподдельного удивления. Рей тут же вскочил.
— Я-то думал, ты прилегла отдохнуть, дорогая, — затараторил он, чмокнув ее в щеку.
Виктория потерла глаза, будто после сна, хотя ее вид говорил, скорее, о том, что она, перед тем как спуститься вниз, несколько минут провела перед зеркалом. Бэнкс вспомнил, что она говорила с акцентом, намекающим — она на это надеялась — на принадлежность к высшему классу, хотя он без труда уловил в ее речи интонации, свойственные жителям Бирмингема. В свои тридцать с небольшим лет она была привлекательной женщиной: изящная фигура, блестящие каштановые волосы, пышной волной ниспадающие на плечи, слегка вздернутый носик, густые изогнутые брови и маленький рот. Мистеру Рею было около сорока, ничего достойного упоминания в его внешности не было, кроме разве что подбородка, который как-то неестественно низко лежал на горле, даже когда рот был закрыт. Они представляли собой весьма странную пару.
Когда Бэнкс увидел их в первый раз, подумал, что между ними нет ничего общего, и даже предположить не мог, что могло их соединить: он — основательный, приземленный водитель автобуса, а она — жеманная честолюбивая дамочка. Хотя, возможно, мужчины, пережившие страшную смерть жены, боятся остаться в одиночестве и, особо не размышляя, быстро вступают в новый брак?
Виктория повела плечами, присела к столу и налила себе чашку чаю.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил супруг.
— Неплохо.
— Ты же знаешь, тебе нужно следить за собой в нынешнем положении. Помнишь, что говорил доктор?
— Знаю, знаю. — Она сжала его руку.
— Простите, вы о чем? — поинтересовался Бэнкс.
— Моя жена ждет ребенка, инспектор, — с лучезарной улыбкой ответил Рей.
Бэнкс взглянул на Уинсом.
— Поздравляю, — с поклоном произнес он.
Виктория ответила на его галантность, по-королевски склонив голову. Бэнкс с трудом мог представить себе Викторию Рей преодолевающей болезненные и нарушающие привычный ритм жизни проявления, которые связаны с беременностью.
— И на каком месяце? — полюбопытствовал он.
— Почти на пятом, — похлопав себя по животу, ответила она.
— Значит, когда Лиан пропала, вы уже были беременны?
— Да. И кстати сказать, я узнала об этом как раз утром того дня.
— А как отнеслась к этому известию Лиан?
Опустив глаза, Виктория принялась внимательно разглядывать свою чашку.
— Лиан была своевольна и склонна к внезапной перемене настроений, инспектор, — ответила она. — Потому явно не проявила восторга, чего мы по своей наивности от нее ожидали.
— Ну ладно, забудь об этом, любовь моя, теперь это не важно, — успокоил жену мистер Рей. — Она бы со временем привыкла. Я абсолютно уверен, что она бы привыкла.
Бэнкс задумался над этой ситуацией в семье: мать Лиан умирает медленной и мучительной смертью от рака. Вскоре после кончины матери отец женится во второй раз — на женщине, которую Лиан явно не переносит. Вскоре после этого ее мачеха объявляет о том, что беременна. Не надо быть психологом, чтобы понять: сложившаяся в семье ситуация чревата бедой. Бэнкс это хорошо понимал, хотя его положение вряд ли можно было сравнить с положением Лиан. У отца будет ребенок от вашей мачехи и бывшая жена беременеет от бородатого Шона — реакция на эти события может быть похожей, только, пожалуй, Лиан, принимая во внимание ее возраст и горе, переживает ситуацию более остро.
— Выходит, эта новость ее не осчастливила?
— Пожалуй, что нет, — согласился мистер Рей. — Нужно время, чтобы привыкнуть к изменившимся обстоятельствам.
— Для начала необходимо иметь к этому желание, — раздраженно произнесла Виктория, — а Лиан слишком эгоистична.
— Когда вы сказали ей о будущем ребенке? — спросил Бэнкс.
— Утром того же дня, когда она пропала.
Бэнкс вздохнул:
— Почему вы не рассказали об этом, когда мы беседовали сразу после исчезновения Лиан?
Мистер Рей с удивлением посмотрел на Бэнкса:
— Меня не спрашивали, а я не подумал, что это важно, считал чисто семейным делом.
— К тому же, — вступила в разговор Виктория, — плохая примета — рассказывать посторонним о прибавлении семейства, до того как пройдет три месяца.
Они действительно тупицы или искусно прикидываются? — размышлял Бэнкс.
Пытаясь изо всех сил сдерживаться и говорить по возможности спокойно, без эмоций, не забывая о том, что они все-таки родители пропавшей девушки, он спросил:
— Ну и что она сказала на это?
Супруги Рей переглянулись.
— Что сказала? Да ничего не сказала, верно, дорогая? — обратился к жене с вопросом мистер Рей.
— «Доигрались» — вот что она заявила, — ответила Виктория.
— Она разозлилась?
— Думаю, да, — подтвердил мистер Рей.
— Сильно? Настолько, чтобы наказать вас?
— Как это понять?
