Скрестив руки на груди, Грейс смерила его скептическим взглядом. Она уже успокоилась и перестала бояться. Несмотря на внушительную фигуру, Адриан Фарр не внушал ей особых опасений. Культурная речь и дорогая одежда произвели на нее некоторое впечатление, хотя она уже начала подозревать, что все это напускное и этот смазливый тип на самом деле репортер какой-нибудь скандальной газетенки, ринувшийся за ней в надежде разузнать подробности о деле ее бывшего пациента с железным сердцем. Детектив Дженсон мог возвратиться в любую минуту, поэтому она мало чем рисковала, согласившись выслушать Фарра. Жестом она дала ему знак продолжать.
– Я принадлежу к одной влиятельной международной организации, – глубоко затянувшись сигаретой, снова заговорил Фарр. – Ее название в данный момент несущественно. Могу только сообщить, что она занимается… ну, скажем, изучением необычных объектов и явлений.
– Вроде людей с сердцами из железа?
– В том числе. И многими другими тоже. Нас интересуют самые разные предметы и события, но в первую очередь те, которые имеют сверхъестественные характеристики, а точнее говоря, не могут быть объяснены ни с научной, ни с логической точки зрения. Целью организации, к которой я имею честь принадлежать, является сбор, обработка и систематизация любой информации такого рода. – Фарр сделал еще затяжку. – Мы ведь серьезные люди, ученые.
– А какое отношение ваши высоконаучные занятия имеют к моей скромной персоне?
– Прямое, доктор Беккетт, уверяю вас! Кстати, мы регулярно опрашиваем людей, ставших свидетелями выходящих за рамки обыденного явлений, и многие довольно охотно делятся с нашими представителями своими наблюдениями. Но в данном случае речь идет совсем о другом. Я с удовольствием побеседовал бы с вами, но на это у нас нет времени. – Он затушил сигарету посреди горы окурков в дешевой керамической пепельнице и наклонился вперед. – Не люблю повторяться, но, видимо, придется. Еще раз предупреждаю вас, доктор Беккетт, что здесь вам грозит смертельная опасность.
Грейс похолодела. В глазах Фарра светилась угрюмая убежденность, придающая дополнительный вес его словам.
– Почему? – только и смогла выдавить она.
– У человека, которого вы застрелили в госпитале, есть сообщники – такие же, как он. Моя организация, доктор Беккет, – продолжал, понизив голос, Фарр, – некоторое время назад получила кое-какую информацию об их существовании и деятельности. С тех пор мы ведем интенсивный поиск, но до сего дня не имели возможности войти с кем-либо из них в непосредственный контакт. Поэтому мы, к несчастью, знаем пока очень мало об их происхождении и целях. Вас же, доктор, несомненно, заинтересует то обстоятельство, что ведущий следствие по вашему делу детектив также принадлежит к их числу.
– К их числу?
– Да. У Дженсона тоже железное сердце, мисс Беккетт!
Грейс в изумлении покачала головой. Нет, такого просто не может быть! Чтобы Джексон, такой серый, невыразительный, такой… нормальный – и вдруг оказался монстром? Ерунда какая-то, честное слово!
Фарр не дал ей времени собраться с мыслями.
– Вам надлежит знать кое-что еще, – снова заговорил он. – Мы не знаем, была ли случайной ваша встреча в госпитале с одним из них. Лично я испытываю по этому поводу большие сомнения. А вот в том, что детектив Дженсон проявляет повышенное внимание к вашей персоне, я никакого случайного совпадения не усматриваю. Ему нужны вы. Вернее сказать, не вы, а ваше ожерелье.
Грейс в недоумении коснулась металлического кулона.
– Мое ожерелье? Уж оно-то здесь точно ни при чем!
– Еще как при чем! – заверил ее Фарр. Он протянул руку, мягко высвободил кулон из ее пальцев и провел ногтем по выгравированным на его поверхности знакам. – Как я уже говорил, информации о природе и целях «железных сердец» у нас маловато, зато мы точно знаем, что они уже не раз проявляли повышенный интерес ко всему, так или иначе связанному с рунами. Если вы не в курсе, позвольте сообщить, что все эти символы на вашем ожерелье как раз и есть руны.
– Руны? – повторила Грейс. Где-то ей уже попадалось это слово. Припомнить бы еще, в связи с чем? – Вроде бы я слышала, рунами иногда пользуются вместо гадальных карт, не так ли?
– Вы правы, но только отчасти, – рассмеялся Фарр. – Правы в том, что некоторые гадалки действительно используют кое-какие символы власти, чье происхождение уходит корнями в древнюю историю норвежских и германских племен. – Он сделал секундную паузу, потом продолжил: – А отчасти – потому что наших приятелей с сердцами из железа эти руны нисколько не занимают. Им нужны другие руны – такие, как на вашем ожерелье, – редкие и неизвестного происхождения.
Грейс задумчиво подергала белокурый локон за ушком. Хотя Фарр скорее всего просто пудрил ей мозги, слова его – по непонятной причине – здорово ее напугали.
– И что мне прикажете теперь делать? – спросила она с неожиданной злостью.
– Прежде всего убраться подальше от детектива Дженсона, – начал Фарр. – Как только покинете участок…
Звук шагов в коридоре заставил его прерваться.
