Положение 'стенки' относительно края осыпи было выбрано с тем расчетом, чтобы копейщикам не приходилось бить сверху вниз, и чтобы у первой шеренги не было необходимости слишком часто расцеплять щиты. Поэтому перед началом второй атаки 'стенка' встала в трех шагах от края осыпи. И, расслабившись, принялась ждать…
…Видимо, снизу наш строй казался слишком хлипким и несерьезным - иначе барабанщики, задающие темп атаки, не стали бы стучать в ритме, вынуждающем воинов бежать. Впрочем, 'развлекались' они недолго - кто-то из военачальников Иаруса, сообразив, что вымотанные бегом по осыпи воины могут повторить судьбу новичков, снизил темп перестука, и одуревшие от такой команды ветераны облегченно перешли на шаг…
…Удар щитами, опрокинувший середину первой шеренги на головы подпирающих их товарищей, получился что надо - добрая треть атакующих покатилась по склону, увлекая за собой всех, кто оказывался ниже. Те, кому удалось удержаться на ногах, тут же получили по удару копья и отправились следом. А разделившаяся на две половины 'стенка' сместилась в стороны. На помощь мне и Пайку, вынужденных отбиваться от тех, кто не поскользнулся на ледяной корке перед позициями арбалетчиков, не улетел вниз и не попал под болты воинов Эрви Глойна…
…В отличие от воинов из первой шеренги 'стенки', мне приходилось работать на самом краю осыпи. И для того, чтобы не позволить взбирающимся по ней вражеским солдатам выбраться на площадку шириной в четыре шага, мне приходилось метаться в совершенно сумасшедшем режиме. И в чрезвычайно низких стойках - головы атакующих оказывались в пределах досягаемости мечей, не успев подняться над площадкой даже до уровня моих коленей. Поэтому где-то через час я понял, зачем Кузнечик так много времени уделял силе и выносливости моих ног, и заставлял меня часами работать в комнате с очень низким потолком. Впрочем, думать об учителе и методах его преподавания я быстро перестал - видя, что на этом участке осыпи им противостоит только один воин, делирийцы делали все, чтобы меня зарубить…
…К полудню, когда поднявшееся в зенит солнце растопило обе полоски льда, которые мы так добросовестно залили перед позициями арбалетчиков, воинам Глойна пришлось забыть про стрельбу и взяться за подручные средства. Несколько томительно долгих мгновений - и десятка полтора огромных валунов, которые еще предыдущим вечером являлись частью Пальца, покатились вниз один за другим. Сопровождаемые душераздирающими криками боли и хрустом перемалываемых в труху тел.
Как ни странно, несмотря на безумное количество жертв этой военной хитрости, оставшиеся в живых делирийцы не отступили. Воины, умудрившиеся не попасть под камни, тут же сплотили ряды и продолжили двигаться наверх! Туда, где звенела сталь, и где гибли их товарищи.
Следующие несколько минут мы держались на одних рефлексах - латники короля Иаруса, впавшие в боевое безумие, почти не чувствовали боли и лезли напролом. Поэтому, услышав рев сигнальных труб, играющих отступление, я не поверил собственным ушам - отвести войска в этот момент было самой настоящей глупостью…
…К третьей атаке военачальники Иаруса готовились почти два часа. За это время мы успели перевязать раненых и даже немного 'отдохнуть'. Правда, этот отдых получился в лучших традициях Кузнечика - именно он считал, что смена рода деятельности позволяет истязаемому им ученику восстановить силы. Короче говоря, мы, побросав на землю щиты и дурея от перенапряжения, подкатывали поближе к краю осыпи все те валуны, которые можно было как-то сдвинуть с места.
Увы, таковых удалось набрать всего семь штук. Зато четыре из этих семи были такими здоровенными, что могли бы проломить даже крепостную стену. Если, конечно, нашлась бы осадная машина, способная отправить их в полет…
Восьмой камень, совершенно неподъемный исполин, выкопать из груды спрессованного щебня не удалось - внизу раздался рев труб, и мы, оставив его в покое, рванули к краю осыпи.
Первый же взгляд вниз, и мы ошарашено переглянулись: прямо за прямоугольником подразделения латников, над которым реял вымпел с эмблемой вздыбленного медведя, строились легкие лучники!
- Медведи - понятно. Но лучники-то зачем?! - растерянно поинтересовался Эрви. - Оттуда стрелять бесполезно. Мало того, даже если они подойдут на расстояние стрельбы навесом, то подранить кого-нибудь из нас им все равно не удастся - щитов тут предостаточно, да и слепых среди нас нет…
- Может, они надеются, что мы, увидев такое количество стрелков, предпочтем отступить? - спросил я.
- Вряд ли, ваша светлость… - отрицательно покачал головой Латч Царапина. - Скорее, кто-то получил нагоняй за оба проваленных штурма. И сейчас пытается показать, что использует все возможности, какие есть в его распоряжении… Кстати, если бы перед стрелками строились не Медведи, а новобранцы, было бы гораздо хуже…
- Они что, действительно могут стрелять по своим? - недоверчиво посмотрев на товарища, возмущенно воскликнул Глойн.
